Вот так поворот. Но почему я не удивлён?

«Хозяин, осторожно!»

Сам вижу, не шуми.

Чибик был встревожен не на шутку. Ему не нужен воздух, поэтому он чувствовал себя комфортно даже в этой среде. Чего нельзя было сказать обо мне. Всё же сражаться в воде дело непривычное.

Тем временем русалка предстала передо мной в полной красе. Вот только она не собиралась демонстрировать себя, как топ-модель. Вместо этого, промчалась мимо и лишь из-за того, что я вовремя успел увернуться. Вскинул гарпун, но промахнулся, всё же противник был куда изворотливее меня.

Синюшная кожа, покрытая мелкими чешуйками, грудь и живот молочного оттенка. Самих же си… выпуклостей русалка не имела, что логично. Вряд ли их вид кормит детёнышей молоком. Длинный хвост, похожий на змеиный, с прозрачными плавниками. И большие, просто огромные, чёрные глаза. Русалка оскалилась, показав ряды мелких острых клыков, и вновь ринулась в атаку.

Чёрт бы вас побрал! Вот зачем мне это⁈

На этот раз она не стала бросаться напрямую. Скользнула ко мне, но, увидев, что я готовлюсь к удару, извернулась так, что её хвост ударил по моим ногам. Нет, она понимала, что если обвить стопу, то я могу и поранить её, поэтому решила давить измором и не приближаться.

Хитрая зараза.

Перехватив гарпун за край древка, нанёс колющий удар, целясь в грудь противнице. Но она ловко ускользнула назад и тут же ударила сама. Вновь длинный хвост должен был расцарапать мою кожу, но я вовремя повернулся и поймал его кончик, тут же распоров лезвием. Русалка взвыла, но под водой были видны лишь пузырьки, что вырвались у неё изо рта. Тёмная кровь смешалась с водой. Противница испуганно рванула назад, видимо, не ожидала, что и я могу быть прытким.

«Молодец, хозяин! — ликовал Чибик. — Так её, лупоглазую морду!»

Э, нет, приятель, здесь что-то не так. Я чувствую это. Пафнутий бы не привёл меня сюда ради очередной тренировки, которую можно было бы провести и в зале.

«Тогда что ему надо?»

Шоколада.

«Эм, не понимаю, хозяин. Так старпёр за нас или против?»

Он за Марлену. И пока мы с ней, он тоже на нашей стороне.

«Хороший мальчик».

Ещё какой, — усмехнулся я, вспоминая разговоры с Пафнутием.— Вот только нам от этого сейчас не легче. Он хотел…

Я не успел ответить, так как почувствовал ещё кое-что. Страх. Жуткий, первобытный страх, что исходил от русалки. Она плавала неподалёку, не решаясь броситься на меня, хотя с каждой секундой её решимость росла. Но вместе с ней росли и другие эмоции. Простые, но такие близкие и понятные мне.

Мама…

Эта мысль посетила меня, когда я понял, на что похожи чувства противницы. То же самое ощущал и я, сидя на коленях у ложа матери и сжимая её прохладную руку. Тогда жизнь уходила из неё по каплям, но я постоянно был рядом и видел всё. То, как угасала сильная и добрая женщина нельзя передать словами. А в груди у того мальчишки всё выворачивалось и вырывалось наружу в виде горьких слёз. Мама умерла, но я помнил её тёплый взгляд, наполненный любовью. Единственное, что от неё у меня осталось. Воспоминания и… страх.