— Подходите, красавицы, не стесняйтесь. — Я развернул к ним монитор. — Посмотрите-ка. Лорена, у тебя тысяча подписчиков. У тебя, Сабина, под восемьсот. И это всё за две недели, девочки. За две недели!

Они защебетали, сгрудились над экраном, и азарт разом вытеснил скуку с накрашенных лиц. Цифры окрыляли их лучше любого комплимента.

— Сеньор, кажется, вы упоминали о денежном вознаграждении? — Высокая брюнетка с родинкой над верхней губой глядела с прищуром.

— Будет, и скоро. — Я обвёл их взглядом, выдержал паузу, чтоб дошло до каждой. — Вознаграждение в конце месяца! Набирайте подписчиков, а остальное за мной.

* * *

Праздник шел своим чередом, а я кочевал от компании к компании: где словом перекинусь, где подниму бокал за чьё-нибудь здоровье. У дальнего стола, в тени, куда не доставал свет гирлянд, и набрёл на сценку, ради которой, пожалуй, стоило протиснуться через всю толпу.

Матео сидел напротив Камилы и что-то горячо ей объяснял, размахивая руками, напрочь позабыв про обычную свою робость. Я встал у стола с закусками, и навострил уши.

— … у тебя же дар, понимаешь? — частил он, заливаясь краской. — Тебе не нужно вот это всё. Ты можешь стать бло-ге-ром, настоящим. Снимать ролики про моду, про косметику. Подписчиков у тебя уже много, я помогу, я умею. И деньги будут честные. Бросишь это все, заживешь по-настоящему…

Камила слушала, подперев щёку ладошкой, и во взгляде её плескалось снисходительное умиление, какое приберегают для расшалившихся щенков. Договорить парню не дали. К столу привалился гость при деньгах, с золотыми часами и расхлябанной ухмылкой и уже изрядно навеселе.

— Краса-а-а-а-вица, — протянул он, покачиваясь. — Чего ты с этим школьником сидишь? Идем, выпьем пару бокалов.

Камила повела плечом, не глядя на него.

— Я теперь блогер. Профессию сменила.

— Блогер, ага… — Гость хохотнул, выудил из кармана пачку купюр и шлепнул на стол. — Пять тысяч, прямо сейчас.

Девушка скользнула взглядом по деньгам. Что-то в её лице мягко переменилось. Она поднялась, пригладила платье на бедрах.

— Мальчики, я на минуточку. Носик припудрить. — И уплыла, покачивая бёдрами, а денежный гость потянулся следом.

Матео остался сидеть. Глядел ей вслед, и до него медленно доходило, что пудрить носик она уйдёт надолго и не в одиночестве. Плечи обвисли, весь запал ушел с лица, как смытая дождем краска.

Я отвел глаза, чтоб не позорить мальца своим вниманием. Хотел вытащить девицу из трясины, перекроить на свой лад. Жалко дурака, но соваться с утешением последнее дело. Пусть досидит и переварит. Урок-то достался почти бесплатно, а вколачивается крепче любых наставлений. Мир не выправить под одного влюбленного технаря, сколько ни бейся. Да и весь он, мир этот, не выправляется, я давно проверил.