– Ключи у меня в кармане.

Аккуратнее, чем ювелир, закрепляющий редкий бриллиант в оправе, я заползла в карман Криса, стараясь не тревожить его одежду, а значит, и сам нож. Однако вытащив, наконец, ключи, я заметила, как на моей руке остались липкие кровавые следы.

– Блин-блин-блин… – зашептала я, а затем глянула на Криса. – Не шевелись. Просто лежи и жди. Я вызову скорую. И, пожалуйста, не смей отключаться… и умирать…

Фразу я договаривала уже на бегу.

Я не заметила, как преодолела слуховое окошко и мансардный этаж. Вырвавшись в подъезд, я начала на бегу звать на помощь и стучать в двери, надеясь, что хоть кто-то откликнется, и тогда скорую удастся вызвать намного быстрее.

Но дом молчал. В подъезде стояла оглушительная тишина, разбиваемая только моими торопливыми шагами. Будто весь дом вмиг опустел.

«Он умирает, а всем наплевать…» – обреченно подумала я, чувствуя, как глаза начинает жечь от слез бессилия.

Но, долетев до первого этажа, я едва не сбила с ног человека.

Павел, хмурясь, стоял у приоткрытой двери своей квартиры. На нем была накинута темно-зеленая ветровка, на которой блестели капли дождя – похоже, он только что вернулся с улицы.

– Что проис… – начал спрашивать он, но осекся, стоило ему взглянуть на мое лицо.

– Срочно нужна скорая! – срывающимся голосом крикнула я.

Не задавая лишних вопросов, мужчина распахнул дверь и кивнул, разрешая мне войти.

Я пулей влетела в его квартиру и заметила на трюмо в прихожей старый телефон морковного цвета, оснащенного дисковым номеронабирателем.

Из-за трясущихся рук у меня никак не получалось справиться с аппаратом из далекого детства, поэтому Павел подошел и помог набрать номер экстренной помощи.

Когда на звонок ответили, я сходу, стараясь не торопиться и не срываться на плач, назвала адрес и кратко рассказала о произошедшем:

– Ножевое ранение. – Горло сдавило. – Человек умирает. И еще один с травмой головы. Без сознания.

Услышав, что бригада будет минут через пятнадцать-двадцать, и завершив звонок, я готова была снова рвануть обратно на крышу.

На пороге квартиры сидела черная кошка, глядящая на нас с любопытством.

– Я с тобой, – раздалось за спиной.

Обернувшись, я увидела Павла, в руках которого был небольшой чемоданчик-аптечка.

Спорить я с ним не стала, и мы быстро поднялись наверх.

Увидев, что замок от чердака сбит, усатый мужчина недовольно крякнул, но ничего не сказал.

На крышу я выползла первой – как ни крути, сосед был уже в возрасте – и, пару раз чуть не поскользнувшись, все же добежала до Криса.

Тот полулежа сидел в углу, не шевелясь. Глаза его, стеклянные и ничего не выражающие, глядели на небо, которое было забито бело-серыми облаками. Дождь почти прекратился.