– …ее голову нашли в черте города. Только голову!.. А ведь изначально все – и она, в том числе – думали, что это просто кто-то дурачится, оставляя глупые записки и всякую ерунду.

Курьер почесал затылок, уносясь мыслями куда-то далеко.

– Ух ты… – кисло выдавила я. Ставшее сладким, как мед, настроение после получения букета было подпорчено ложкой дегтя. – И… кто оказался убийцей?

– Пока не знаю – еще не дослушал. Там столько нюансов… Несколько подозреваемых: бывший, что часто дарил ей листочки со своими авторскими стихами, нынешний приятель, отличающийся крутым нравом. Даже парикмахер под подозрением: когда жертва приходила подровнять волосы, он все нахваливал форму ее головы… – Молодой человек перевел на меня задумчивые глаза, а затем с силой добавил: – Но я вот что думаю: это кто-то очень близкий. Близкий, но тихий и незаметный, на кого никак не подумаешь. Ведь скрытым психом может быть кто угодно, верно? Или не психом, а просто, например… Ну, взял и двинулся! Всякое ведь бывает, да? Надо бы почаще у друзей и родственников интересоваться, как у них вообще дела. А то раз и все…

С полминуты мы молчали.

– Да… Наверное, вы правы…

Поймав мой затравленный взгляд, юноша спохватился:

– Ой, простите! Вам, наверное, такое совсем не интересно, а я тут…

– Да нет, – вздохнула я, снова покрутив в руках букет. – Интересно. Но только наблюдать на экране ноутбука или слушать в наушниках, а не становиться участником подобной истории в реальной жизни.

Казалось, в озадаченных глазах молодого человека стали зарождаться какие-то соображения, но он отогнал их, тряхнув головой.

– Ладно, пора мне! Надо еще многих людей обрадовать. – Курьер дружелюбно улыбнулся. – Обязательно подрежьте стебли под углом, а воду меняйте чаще – тогда цветы простоят дольше. Всего доброго!

И парень, до жути напоминающий доброжелательную дворнягу, тут же устремился к двери. Я заметила, как он, выходя в дождь, натянул капюшон и снова ударил пальцем по наушнику, очевидно, вновь возвращаясь к мрачной истории.

«М-да… Похоже, как не бывает худа без добра, так и добра без худа…» – подумала я, глядя ему вслед.

Жуткая история вернула меня к действительности и взбеленила осадок от собственных переживаний, которые до этого улеглись, а затем и вовсе скрылись под слоем любовного эфира.

Но сейчас думать об этом не хотелось.

Я снова обратилась к букету и вытащила карточку, с одной стороны покрытую черными шершавыми блестками, а с другой – окрашенную в нежно-розовый тон.

Надпись, расположенная на этой стороне, была выведена курсивом с уверенным нажимом. Текст был разборчив, несмотря на то, что наклон букв казался чуть сильнее, чем нужно.