Нет, так нет — поручил людей божьих заботам дежуривших на КПП казаков, распорядившись накормить путешественников, унес вещи к себе и почувствовав, что тоже проголодался — стал задумываться и сам о посещении столовой. Останавливало только то, что там сейчас как раз кормились церковники. Нет, с Пансофием то вроде и общий язык нашли, и какое никакое, но взаимопонимание, но вот остальные члены делегации бросали на Егора такие взгляды, где опаска граничила с ненавистью, что никакого желания разделять трапезу со святошами не было.

«Как же всё-таки без холодильника то хреново…» — Закручинился Егор и тут его взгляд зацепился за полянку перед окном: «Да это же дикарка, то бишь сурепка обыкновенная!» Вышел, нарвал охапку и сел чистить, под внимательным взглядом Митеньки и двух молодых лаборантов.

— Эх вы, темнота! Это же пища богов и источник витаминов! — Укорил он наблюдающих. — Митенька, пошли кого помоложе в столовую, пусть пару яиц вареных выделят, хлеба краюху и миску поглубже, в миску пусть пару ложек масла постного капнут. Соль то у нас найдется тут?

— Есть! — С готовностью отозвался один из химиков. — Даже сала есть кусок, мы тут иной раз сами перекусываем, чтоб не отрываться на столовую, время тратить.

— О, и сало давай! Щас все в лучшем виде сделаю, вы то как, не хотите жрать⁈

Сотрудники со всем уважением и в самых изысканных выражениях уверили начальника, что сыты и не претендуют на его добычу. Пока посланный в столовую бегал за заказанными продуктами, Егор споро очистил стебли дикарки от жесткой и несъедобной шкурки, мелко нарезал на предоставленной дощечке, тут же нашинковал сало. Всё это вывалил в принесенную миску, очистил и добавил туда три принесенных яйца, сваренных вкрутую, щедро посолил и стал энергично размешивать, при этом мечтательно закатывая глаза:

— Я вам так, братцы, скажу, дикарка это вещь! Никакая гидропонная редиска или дайкон рядом не валялись! Тут вся сила природы!

Попробовал и замычал с набитым ртом: «То что надо! Налетай, угощайся! Где ещё такого поедите!» Народ, из уважения — достал ложки, попробовал, похвалил и свалил из лаборатории на перекур, чтоб не смущать впавшего в гастрономический экстаз начальника.

На улице, закрутив по перенятой у потомков моде самокрутки — закурили. Повисшее молчание нарушил Митенька:

— Вот, видите как им там несладко жилось?

— Как же они дошли до такой жизни, Дмитрий⁈ — С жадным любопытством вопросил один из лаборантов. Тема потомков и их жизни в будущем была животрепещущей и наиболее обсуждаемой среди сотрудников, сами потомки о ней распространялись мало и картину приходилось рисовать из немногочисленных оговорок, да из учебников.