— Я же на границу с Семиречьем не просто так ездил. — Ермолов ополоснул и тщательно вытер полотенцем нож, взял брусок и стал подтачивать лезвие. — Можно сказать, с инспекцией, узнать предпосылки того, почему русский край отдали хрен пойми кому. Я проверил, никаких казахов там нет и отродясь не было, киргиз-кайсаки есть, но их мало и они раздроблены. Опять же, страдают непомерно от джунгар и режут друг друга с упоением, за пределами юрисдикции царской власти. И когда казаки не видят. Павел Петрович в бешенстве, повелел всех коммунистов переписать и в ссылку, Сибирь осваивать! Чтоб больше такого не повторилось!

— Как можно⁈ — Переполошился ветеринар. — Да какой я коммунист, Лёшка⁈ Все в партию вступали, и я вступил! А иначе ни в институт, ни на нормальную работу не устроишься! А как император мне дворянство пожаловал, так я монархист сейчас, самый убежденный! Егор, скажи ему, где это видано, чтоб дворян и в ссылку!

— Так декабристы тоже не из холопов были, — Егор не смог удержать серьезный вид и вначале ухмыльнулся, а затем и вовсе расхохотался в голос.

Ветеринар, поняв, что его разыграли — напустился на вконец обнаглевшую молодежь, не имеющую никакого уважения ни к старости, ни к былым заслугам. Потом усмехнулся:

— Уели, уели, нельзя не признать! Ничо, я ишшо отыграюсь!

— Анисим, — уже серьёзно подступился к нему подполковник. — а вот вы завтра собрались отмечать День Победы, меня Александр Васильевич просил поинтересоваться, нельзя ли к вам присоединиться? Всё таки и вы для нас не чужие, и посмотреть хочется, и послушать?

— Да ты чо⁈ — Неподдельно изумился ветеринар. — Конечно пусть приходит, и вы приходите! Это такой праздник, грустный, под тридцать миллионов наших полегло, как гражданских, так и солдат…

— Однако для нас это праздник! — Вставил Егор. — Наши деды и прадеды победили! А скорбят пусть в этот день отпрыски тех пидарасов, что удобрили поля нашей необъятной Родины! Обязательно вас ждем!

Девятое мая поначалу наши попаданцы планировали отметить в узком кругу — всё-таки для предков это далекая и неизвестная война. Но получилось так, что уже с утра на площади собрался народ, приехал из Сатки Расул со своими производственниками, привезли с собой первый образец полевой кухни. Генералиссимус к этой дате подготовился тоже и под его руководством солдаты, вооруженные новейшими образцами огнестрельного оружия — торжественно промаршировали по площади.

Многие из попаданцев пришли с портретами родственников фронтовиков, поясняя предкам идею и концепцию движения «Бессмертный полк». Маня гордо шествовала с фотографией прапрадеда — гвардейского минометчика, а рядом с ней семенили Мария и Екатерина, две великие княжны, с парсуной Петра Первого в руках. Почтившему своим присутствием празднество императору — дочка пискнула: