— Так он про нас пишет! — Не унималась Ксения. — Ты почитай, что он про тебя сочинил! Прямо терминатор в юбке без страха и упрека!

Девчонки поделили листки с убористым текстом на две неравные части — Ксюха принялась дочитывать концовку, а Маня — с начала. Егор, бросив: «Вот вам делать нечего, по ночам читать, как дети маленькие, ей богу!» — ушел на двор курить. Из дома доносились взрывы смеха, перемежаемые возмущенным звонким голосом Мани. «Ну их в лес, критиков этих, не поспишь с ними!» — Егор постоял ещё немного во дворе, полюбовался звездами и отправился спать в предбанник.

Едва уснул — скрипнула дверь и в лицо ударило сноп света диодного фонарика.

— Вот так значит! — Возмущенно заявила Маня. — Мало того, что свистишь и действительность лакируешь, так ещё и любимую племянницу черти кем изобразил! Смотри, обратишься по медицинским показаниям, я тебе точно что-нибудь вырежу! Хотя батя и ветеринар как живые получились, пейсатель!

Маня ушла и её «бу-бу-бу» постепенно стихло, а Ксюша примирительно предложила:

— Пошли в дом, пейсатель. Ты догадался тоже, про современников писать! Неблагодарное это дело и у каждого своя версия событий!

— Я художник, я так вижу! — Пробурчал Егор, выходя из предбанника. — И вообще, не для вас писал, а для потомков! Дочки подрастут и прочитают, какой папка был, как с мамкой познакомился и сюда попали!

— Знаешь, я искренне надеюсь, что наши дети лично убедятся, какое ты ебанько, а не в твоей книге прочитают! Пошли спать, горюшко ты моё!

Разговоры за закрытыми дверями.

Император с Александром Семёновичем Макаровым устроились на веранде, превращенной в рабочий кабинет. Заметив бросаемые Макаровым искоса взгляды на ноутбук на столе, Павел Петрович усмехнулся:

— Что, Семёныч, не терпится начать знакомство с техникой предков?

— А вы не замечали за собой, Ваше Величество нечто такого, что вроде поглупели слегка, али настроение шалит? Вспышки раздражительности, али наоборот, веселье беспричинное и безудержное?

— Ты что несешь то, Александр Семёнович⁈ — Вспылил самодержец, только что лучившийся радостью от приезда руководителя тайной экспедиции при сенате. — Наветы чужие слушаешь, или домыслы верные?

— Пока только подозрения, Павел Петрович! Может и не при чем сии приборы, телефоном то не пользуетесь?

— Нет, мелок больно и непривычно управляться. — Император подошел к сейфу, лязгнула открывшаяся дверка и перед взором Макарова предстал китайский прибор, в потертом чехле и с зарядником. — Пользуйся и осваивай! Там читалка есть и карта памяти на аж сто двадцать восемь гигабайт! В этакой крохотуле столько книг умещается, что не вообразить! Выкладывай, что за подозрения, не темни!