Ортан Ливер нахмурился.

— Девчонка лжёт.

Элина повернулась к нему медленно.

— Осторожнее, господин Ливер.

Он вскинул брови.

— Простите?

— Вы только что обвинили служанку во лжи при герцоге. У Вас есть доказательства?

— У меня есть многолетний опыт управления прислугой.

— Опыт управления — не доказательство. Это привычка считать, что Вам не обязаны возражать.

На лице управляющего впервые появилась настоящая злость. Быстрая, тонкая, почти незаметная. Он тут же спрятал её за сухой вежливостью, но Элина успела увидеть.

И поняла: попала точно.

Рейнар молчал. Его взгляд переходил с Элины на Миру, с Миры на раскрытую книгу заказов, с книги — на рабочий стол. Там лежала медная крышечка, под которой была заперта чёрная нить. Рядом стояли три ведра воды, аккуратно внесённые Мирой в качестве платы. На краю стола сохла тонкая красная лента, которой Элина закрепляла узор Чашки.

Всё выглядело бедно, неустроенно, почти смешно рядом с роскошью замка. И всё же в этой бедности был порядок. Такой, который нельзя подделать приказом.

— Покажите счёт, — сказал Рейнар.

Элина подошла к книге заказов.

Страницы сами шелохнулись, раскрывая запись о Чашке. Ортан Ливер отступил на полшага. Рейнар не отступил, но его взгляд стал темнее.

— Механизм? — спросил он.

— Если да, то очень обидчивый. Я бы не называла его механизмом вслух.

Ним за тканями едва слышно фыркнула. Элина сделала вид, что не услышала.

Рейнар наклонился над книгой. Он читал быстро, но не поверхностно. Элина увидела, как его пальцы легли на край страницы, не касаясь записи. Чужая память шевельнулась: Рейнар в кабинете, бумаги, ночные отчёты, ровные строки, печати. Он знал документы. Он доверял им больше, чем людям. Возможно, именно поэтому им так удобно было управлять через отчёты.

— “Плата: одна катушка крепкой нити. Память о пропажах. Три ведра воды для мастерской”, — прочитал он. — Это написали Вы?

— Нет. Мастерская.

— Вы ожидаете, что я приму это как объяснение?

— Нет. Я ожидаю, что Вы хотя бы зададите себе вопрос, почему старая книга заказов знает о пропажах больше, чем Ваш управляющий.

Воздух стал холоднее.

Ортан Ливер шагнул вперёд.

— Милорд, это недопустимо. Леди Элина только вчера была отстранена от управления домом, а сегодня уже подрывает доверие к службе, выстроенной годами. Она принимает тайные прошения от слуг, вмешивается в кухонный учёт, распространяет суеверия и, судя по всему, намерена превратить этот флигель в место, где любой недовольный сможет жаловаться на распоряжения администрации.

— Какой ужас, — сказала Элина. — Люди смогут жаловаться на несправедливость. Дом Вальдов не переживёт такого удара.