— Добрые люди Свободной Вершины желают её казни, — ответил Диаба. — Не беспокойся, мы своё возьмём. Мы всё равно…

Но Акана не дослушала болтовню Диабы — взмахнув кинжалом с «Тяжёлым Ударом», вонзила его в горло Эхны. Потом ещё несколько взмахов — с первого раза человека не разрубить даже с помощью озарения. Особенно, если не спешишь…

Голова Эхны покатилась по утоптанному снегу, а тело рухнуло мешком. Акана подхватила голову за волосы и швырнула её к ногам Диабы.

— Приказ выполнен, Владыка.

— Я и все остальные добрые люди Свободной Вершины довольны тобой.

Акана не ответила и прошла мимо Диабы. Повизгивая, нюхачи отпрянули от неё, как дворовые собаки. Синие отблески фонарей проскользнули по абсолютно круглой и чёрной поверхности её маски, как по скафандру какого-то недоброго инопланетянина.

Я смотрел на мёртвое лицо Эхны, на её открытые глаза, облепленные красным снегом, и ничего не чувствовал. Кажется, я просто страшно замёрз, пока бежал сюда… Я ждал, что из толпы вот-вот выскочит Реоа и, оглашая ночь своим писклявым голосом, прикажет всем расступиться и приставит голову Эхны обратно. Всё-таки привычка к исцелению от смерти настолько въелась в меня?

Через несколько минут над телом Эхны проступили контуры граней. Несколько грязных колдунов нетерпеливо переминались с ноги на ногу. Вероятно, был их черёд получать грани умершего…

Кто был прав: я или лживая предательница, клявшаяся в верности Дивии? А виноват кто? Она или я, приведший свой отряд на бойню, уверенный в том, что знал, что делал. Должен ли я был послушать Акану? Или судьба Эхны уже была предрешена, а проклятая искательница посетила меня с какой-то другой целью? Да какая уже разница…

В лице Эхны, в её последнем взгляде, мой отряд умер во второй раз. И на этот раз — окончательно.

Из этого состояния меня вывел грязный колдун, он схватил голову Эхны и понёс обратно, ближе к телу.

Встав с колен, я развернулся и пошёл в темноту. За спиной слышались радостные крики. Кто-то, кажется контуженный выучка с разбитым хлебалом, выкрикивал одну и ту же фразу:

— Дайте мне её голову на блюде из небесного стекла. Дайте мне её голову… на этом… на блюде…

Добрые люди Свободной Вершины принялись разделывать тело мёртвой воительницы. Насколько я помню — последней надежды рода Намеш.

Если Чуари и оставила своим последователям какие-то заветы — они давно истолковали их по-своему. Будь она даже самым кровавым большевиком, она не допустила бы каннибализма.

✦ ✦ ✦

Весь следующий день я просто лежал в своём доме, смотрел в потолок и строил страшные планы мести Акане Ситт.