Но куда сбежал Чарльз Вильсон, который всю жизнь провёл в стенах дворца? Чуари Гонк решила, что Гуро убил его, когда тот перестал быть ему полезным. Я согласился — демон буквально слишком много знал.

Трагедия английского шпиона напомнила о моём переносе в тело Самирана.

Илиин Раттар и взбучка, которую он мне задал после прибытия, спасли меня. Кто знает, как повернулся бы ход моих мыслей? Может, я тоже стал бы бродить по Дивии и орать на прохожих. А так меня привели в Прямой Путь, там я увидел родителей Самирана и догадался вести себя как их сын. С другой стороны, нельзя сбрасывать со счетов мою спецподготовку по аниме и книжкам, которой не было у людей прошлого. Я и не такое видал.

Я отложил прочитанный свиток, но следующий не взял.

Вынул из сундука толстые халаты и шубы и оделся. Сняв со стены синий фонарь, вышел в утреннюю стужу.

Беседа с Реоа и чтение свитков затянулись до утра, но чрезмерной усталости я не ощущал. Осторожно передвигая ногами в меховых валенках, я спустился по обледенелой лестнице. Присыпанный снегом паланкин стоял у начала лестницы, из него торчали ноги сторожа — он спал. Я не стал его будить и требовать отнести меня на паланкине.

Рассвет уже начался, всё видно и без фонаря. Я прицепил его на пояс своей шубы, я зашагал по заметённой снегом улице.

Я уже устраивал прогулки по району возле жилища. Но не ради изучения обстановки и поисков возможностей для бегства, как требовала Реоа, а чтобы побыть наедине. Охранники отпускали меня бродить по ледяным дорожкам и лестницам. Я подозревал, что они выполняли распоряжение Диабы, создавая для меня видимость свободы.

Второе и Третье Кольца заняты Кузницей Победы, строительными площадками летающих башен и другими полусекретными производствами. Все жилые дома Свободной Вершины сосредоточились в Четвёртом Кольце. Так что в этом отношении я взаправду ничем не отличался от местных жителей. В Пятом Кольце, как я предположил, располагались казармы выучек и грязных колдунов.

Обычно моя прогулка заканчивалась быстро: я уставал и не доходил даже до лестницы на стене Четвёртого Кольца. Но сегодня, отдохнувший и взбудораженный чтением свитков Льва Эммануиловича Иванова, я вдруг взобрался по обледенелой лестнице на стену и впервые увидел этот сектор Пятого Кольца.

Передо мной протянулась снежная равнина с громадами ветроломов вдалеке и россыпью кубовидных построек там и сям.

К сожалению, мой Внутренний Голос уже не напомнит, чем был застроен Отшиб Свет Разума. Вспомнил лишь, что тут были дворцы и сады всех славных родов из сословий учителей и священников, их союзников и челядинцев.