Однажды муж, сияя, рассказал, что они вдруг начали разговаривать друг с другом и по-настоящему слушать друг друга. Они также утешали друг друга, когда один из них слишком страдал из-за упражнений или из-за того, что все фантазии так сильно походили друг на друга. Муж сказал: «Когда она отчаивается из-за того, что внутри нее никак не прекратится эта история с Зевсом и Герой, она кажется мне маленькой девочкой, которую я могу утешить. Она мне очень нравится в этой роли, но я могу вполне допустить, что и она меня будет утешать». Это замечание показывает, как оба постепенно начали жить, используя другой паттерн отношений. Они начали вместе проживать тот паттерн отношений «старый мужчина – молодая женщина», который уже давно наметился в фантазии мужа. В таких отношениях оба поочередно могли получать власть. Также сохранялась и близость, им больше не нужно было навязчиво отгораживаться друг от друга.

На этом этапе муж почувствовал себя очень хорошо. Он считал, что теперь может быть сильным и в то же время слабым, в зависимости от своих потребностей. Ему не нужно было просто упрямо самоутверждаться. Различные проблемы, которые они не могли решить годами, теперь нашли свое решение. Единственным затруднением мужа в тот период было то, что он чувствовал много внимания со стороны молодых женщин, и с удовольствием пошел бы на приключение с одной из них, но он не хотел так поступать по отношению к жене.

В то же время жена начала заботиться о «младенцах», на которых ей указало сновидение: то есть, о нереализованных жизненных возможностях, которые хотели быть вскормленными и взлелеянными, чтобы вырасти; а также о своей потребности в нежности. Изменения были видны, например, в том, что жена однажды, когда они попытались меряться друг с другом силой на старый манер, смогла просто сказать: «Я совсем не хочу с тобой ссориться, я хочу, чтобы ты меня понял и приласкал».

Но наметился новый кризис: жена реагировала все боле «аллергически», если муж обращался с ней, как с дочерью. Похоже, что в констелляции «старый мужчина – молодая женщина» он очень сильно подчеркивал отцовско-дочернюю сторону, которая неотъемлема от нее. Именно из-за того, что жена развивала в себе новые жизненные возможности и призналась себе в том, что она сильная и живая, она все с большим раздражением реагировала на поведение ее мужа, который хоть и баловал жену, но ограничивал ее автономию. Однако, когда она показывала свою потребность в нежности, она вынуждала его к такому балующему поведению. У нее было чувство, что она все больше попадает в роль «дочери». Она говорила о том, что хочет настоящего партнерства. Из-за этого он чувствовал себя отвергнутым. По его мнению, у них все было очень хорошо, их партнерство было настоящим, им удавалось решать большинство проблем. Он боялся, что из-за ее недовольства они снова могут вернуться к паттерну «Зевс – Гера».