Реакцию мужа легко понять и посочувствовать ему: партнер, которому все еще хорошо в данной фантазии об отношениях, не видит причин что-либо менять. Желания перемен со стороны другого партнера, которые выражаются в новых фантазиях об отношениях, переживаются как помеха, как наказание, по меньшей мере, как выражение неудовлетворенности.

Оба неохотно приняли мое предложение рассматривать этот кризис как период внутреннего расставания друг с другом, научиться отделяться друг от друга, быть одиноким в отношениях двоих, горевать о том, что было утрачено, и надеяться на возможность нового сближения. Жена – потому что хотела, наконец, уйти, а муж – потому что ему казалось, что я должна образумить его супругу и восстановить старые порядки.

Все-таки мне удалось убедить обоих увидеть в этом кризисе расставание внутри отношений, то есть, отнестись всерьез к этому расставанию, которое на самом деле уже произошло, прорабатывать его. Я подтолкнула их к тому, чтобы воспользоваться этим временем и реализовать то, что им всегда хотелось сделать, если бы партнер в этом не препятствовал.

Я также помогла обоим по-настоящему проработать это расставание, воспринять покинутость и все связанные с ней эмоции, почувствовать, чего каждому из них недостает, когда связь с партнером так ослабевает. Таким образом, им нужно было выяснить, какие стороны души, по их ощущениям, перестали затрагиваться в отношениях, а им бы хотелось обратного, а затем спросить себя, могут ли они сами привнести в свою жизнь ощущение себя живым, или оно могло переживаться только благодаря присутствию партнера. Я также попросила их допустить новые фантазии об отношениях.

Эта фаза длилась около четырех месяцев. Жена выяснила, что воспринимала мужа как препятствие, даже когда он не был в курсе того, чем она занимается, и в реальности не мешал ей. Также она обратила внимание на то, как легко она соскальзывала в роль «дочери», как только появлялся мужчина, который хоть сколько-нибудь производил на нее впечатление. Она осознала это, разозлилась и обнаружила, что не одинока в таком способе реагирования – он знаком многим женщинам.

Она поддерживала отношения с женщинами, чувствовала себя при этом хорошо, чувствовала, что ее трудности понимают. Ей стало ясно, что многие из ее проблем в действительности были проблемами целого поколения. При этом она скучала по вниманию мужа, которое придавало ей «значимости», как она говорила. Ей было тяжело самостоятельно давать себе это внимание, даже невозможно. Именно это внимание, придававшее ей значимости, было для нее важно в муже. Примечательно, что сейчас она говорила о внимании, а прежде речь шла о «контроле». Ей также не хватало нежности, которую они переживали в предыдущей фазе, и она скучала по тому, как раньше могла заставить его «светиться»: «Он может так сиять, что я кажусь себе какой-то волшебницей».