В конце концов, они расстаются – как и следовало ожидать – без сожалений. У каждого остаются воспоминания, переживания, опыт, за который они благодарны друг другу. Зависимость друг от друга тщательно избегается, насколько это возможно: Линн однозначно сохраняет свою автономию. Писатель обдумал свои прежние ошибки и не хочет их повторять.

В этой истории у пожилого мужчины выходят на передний план воспоминания обо всех прежних его отношениях, которые наполняли жизнь или нагружали ее чувством вины. Для него эти отношения – сгущение прежних любовных переживаний, а также повод научиться видеть свою жизнь целостно и, таким образом, разобраться в противоречивом отношении к своему возрасту.

ПАТТЕРН ОТНОШЕНИЙ«СТАРЫЙМУЖЧИНА – МОЛОДАЯ ЖЕНЩИНА» ПРИОТДЕЛЕНИИОТ ПАТТЕРНА «ЗЕВС – ГЕРА»

П

ришло время вернуться к нашей «конфликтной супружеской паре», на примере которой в начале главы мы показали констелляцию «Зевс – Гера». Несмотря на то, что эта пара уже смогла развить фантазии об отношениях по типу «старый мужчина – молодая женщина», «старая женщина – молодой мужчина», они по-прежнему продолжали ссориться, пока однажды жена не призналась в одном сильном желании, которое вывело их за рамки старых клише: «Я прихожу в ярость от того, что ты постоянно вынуждаешь меня самоутверждаться, вместо того, чтобы позволить мне что-то давать тебе». Муж сказал, что испытывает то же самое, ему хотелось бы, чтобы их отношения выглядели иначе, что он устал от этих споров, но она вынуждает его и дальше самоутверждаться.

После этой беседы оба впервые почувствовали глубокое бессилие: они хотели, но не могли изменить ситуацию. Это чувство, которое я, как терапевт, полностью разделяла – уже давно я тоже чувствовала себя обессиленной, – осязаемо присутствовало в кабинете и переживалось молчаливо. В тот момент нам даже не хватало слов, а, учитывая характер их отношений борьбы за власть, это уже о чем-то говорит. Переживание этой ситуации и выдерживание этого бессилия были очень важны и открыли новый этап их отношений.

В конце сессии я предложила обоим подумать о том, что конфликтная пара, которой они себя все это время ощущали, – это внутрипсихический конфликтующий партнер, как если бы в каждом из них существовали два «контрагента», которые постоянно набрасываются друг на друга. Обоим следовало называть их «Зевс» и Гера», чтобы самим несколько дистанцироваться от этих ссорящихся партнеров. Каждую реальную ссору, которая произойдет между ними с этого момента, каждому из них следовало затем «инсценировать» как внутренний шаг, воспроизвести ссору или даже, по возможности, если реальный конфликт снова наметится, «разыграть» его внутри себя, чтобы не продолжать его в реальной жизни, а уладить между «Зевсом» и «Герой» в своем воображении.