И первой на очереди была печень. Я встал в нужную позу, пока что не используя камень Духа, желая для начала просто почувствовать это и понять суть.

Здесь длительность пропитывания не была ограничена каким-то определенным количеством ударов сердца, важнее было довести концентрацию Духа в нужной зоне до предела, а потом добавить еще совсем чуть-чуть, чтобы этот предел превзойти. Вот это «чуть-чуть» и было самым сложным.

Я практиковался два часа, пока что даже не думая совершать прорыв. На данном уровне уже нельзя было относиться к процессу легкомысленно: каждый шаг нужно просчитывать и к каждому нужно готовиться.

Проглотить камень Духа целиком и резко пробиться на начальное или тем более среднее Тело Духа теперь не представлялось возможным. Скорее меня бы разорвало на части, но насильного прорыва без понимания каждого этапа ни за что бы не произошло.

Это не значило, что камнями нельзя процесс ускорить. Но все равно не было сомнений, что на прорыв даже до начального Тела Духа у меня уйдет не меньше пары месяцев. А скорее и все три-четыре, с учетом всего того, что свалится на меня с началом учебы.

Я прошел в душ. Вытерся, надел повседневную форму, на этот раз всю, приколол на грудь жетон.

Ткань сидела хорошо, не жала, не сковывала движений. Серебряная вышивка на воротнике блеснула в зеркале. Я поправил воротник, застегнул пуговицы. Вышел, закрыв дверь апартаментов, и по коридору дошел до центральной части здания, где располагалась столовая.

Она, кстати, оказалась вполне обычной, ну, с поправкой на общую роскошь общежития, бывшую тут нормой. Разве что вместо длинных столов, к которым я привык по городским столовым Мильска, тут стояли отдельные столы — на шесть человек каждый.

По идее в общежитии должно было обитать двести тридцать человек. Но в столовой сейчас было только что-то около сорока. Понятно, что кто-то еще не поел, а кто-то уже ушел, но все равно как-то маловато.

Правда, потом я вспомнил, как Света говорила, что, в отличие от первых курсов, которых привозят всех вместе после экзаменов, вторые курсы и далее с каникул прибывают в академию своим ходом, так что кто-то мог задержаться в городе и еще не явиться в академию.

Я прошел к раздаче. Еда стояла длинными рядами: разные каши в глубоких мисках, мясо, нарезанное ломтями, свежий хлеб, компоты в графинах. Простая, но качественная еда. Я взял тарелку, наложил каши, несколько ломтей мяса, хлеба. Налил компот.

Огляделся, ища свободный стол. Пока не хотелось ни с кем знакомиться намеренно. В первый день торопиться не стоило.