— Я — девушка обеспеченная, между прочим! Неприятностями. На семь лет вперед! — с усмешкой парировала я, разводя руками. — У меня есть возможности сдать деньги на шторы!

Неужели у меня на лице написано, что мы слишком бедны для штор? Что мы не можем себе позволить купить какие-то хрустальные шары в класс прорицания?

— Понятно. Все с тобой понятно. Тебе портал открыть? — сухим канцелярским голосом произнес Физалис, надевая перчатку на руку.

— Да, — сухо ответила я, соревнуясь в бюрократизме. — Будьте так любезны.

— Как скажете, — резко перешел на «вы». — Я бы на вашем месте уже бы научился сам открывать порталы.

— К сожалению, магии не обучена. Редким даром не обладаю, — произнесла я таким голосом, каким тихо хамят в госучреждениях.

— О, на счет редкого дара, я смею усомниться. У вас есть редкий дар доводить меня до состояния «убью и не поморщусь!», — послышался холодный голос. — И талант попадать в неприятности.

— Кто бы говорил! — произнесла я таким официальным голосом, что вместо точки нужно было ставить печать.

Протянутая рука в черной перчатке водила в воздухе. В нужных местах портала появлялись таинственные символы. Они менялись местами, пока я пыталась уследить за ними. И попытаться запомнить.

«Не все твои решения удачные. Но это решения личности!», — заявила гордость. Пока я запуталась в очередности.

Портал засветился. Я шагнула в него.

— До свидания, — попрощалась я так, словно пять минут назад меня били толстой книжкой «Этикет для слабонервных».

— Прощайте, — послышался голос.

Свет поднимался все выше и выше. Сквозь него я видела черную фигуру.

— Я дома! Кто будет картошечку? — привычно заявила я, чувствуя, как меня выбрасывает из портала.

И тут я застыла на месте.

Эм… А где я? Мои глаза смотрели на огромный холл, роскошную лестницу, которая расходилась сразу в две стороны.

Мои глаза сощурились. Так, где эти усердные тараканы, которые за время моего отсутствия успели сделать мне ремонт?

Я принюхалась. Вокруг витал едва уловимый и очень подозрительно знакомый запах.

— Присаживайся, — в голосе появились мягкие нотки. Я присела в кожаное кресло, не сводя взгляда с черной фигуры.

— Сколько еще ты собираешься меня мучить? — послышался голос, а я не понимала, о чем он.

— Повтори вопрос, пожалуйста, — прошелестела я, не понимая о каких мучениях идет речь. С кнутом замечена не была, наручниками возле батареи не звенела, мозг не выносила вперед мозжечком.

— Хорошо, — голос был тих, а собеседник стоял ко мне в пол оборота. — У вас с сестрой что? Семейная болезнь? Не смотри на меня так! Я по поводу Филиуса. Вы что? Рождаетесь с портретом Филиуса? Или первое, что видите в жизни — его портрет? У вас что? Должность его любовницы передается по наследству? Я не могу это понять!