— А вот если бы! — неожиданно сплюнул Тишило, про себя решив больше не возвращаться к скользким темам. — На вот, посмотри!

И, ничуть не стесняясь юной ведуньи, грибник задрал свою рубашку, открывая высушенное морщинистое тело. Настя слегка поморщилась — левый бок старика покрывал огромный синяк, в центре которого красовалась кривая царапина с запекшейся кровью.

— На сук напоролся! — эмоционально пояснил грибник, возвращая рубашку на место. — Кровищи натекло! Рукав пришлось рвать и им обвязываться. Хорошо, уже на дорогу вышел.

— И все же аккуратней будь, дед Тишило, — покачал головой почтарь, делая знак Маловой, что пора уходить.

Старик, не глядя на них и вновь погрузившись в бесчисленные корзинки с грибами, махнул рукой на прощанье. А Олег, как только они с Настей вышли за калитку на улицу, тут же обратился к своей спутнице с вопросом.

— Догадываешься? — почтарь внимательно посмотрел на свою спутницу.

— У двоих пиявки кровь выпили, а у этого нет, — задумчиво проговорила девочка, пощипывая пальцами нижнюю губу. — Значит, или водяной тут ни при чем, или…

— Еще думай, — перебил ее Олег, сверяясь между тем со списком и прикидывая, по какому адресу им ближе будет дойти.

Сориентировавшись, почтарь свернул в ближайший узкий проход между двумя близко стоящими друг к другу домами. Неписаные деревенские правила требовали, чтобы хотя бы в одном месте между улицами была сквозная тропа, и жители договаривались, чьим участкам придется чуть-чуть уменьшится. Ширина прохода, впрочем, не оговаривалась, а потому оставалась на совесть владельцев домов. Эти, похоже, поскупились и оставили совсем узенькую лазейку, вполне комфортную для Насти, а вот для взрослого человека с габаритами почтаря здесь было особо не развернуться. Олегу пришлось продвигаться боком, и он на какое-то время отвлекся от продолжающей сопоставлять факты ведуньи.

— Синяк тебя его не смутил? — выбравшись из прохода на широкую улицу, почтарь развернулся и закрыл Насте дорогу.

Девочка сделала неуверенный шаг, но Олег даже не шелохнулся, чтобы уступить.

— А ну пусти! — потребовала девочка, и тут в ее голове все сложилось. — Царапина! Синяк — это кровоизлияние от сильного ушиба, он не столь важен. Старик же говорил, что на сук напоролся до крови, даже рубашкой пришлось жертвовать! Все-таки кровь! Но тогда я права, и дело тут не в водяном?.. Леший! Он с ним заодно! И помог собрать кровь грибника, когда тот сумел избежать ловушек с пиявками! А в траве наверняка маленькие лешаки прятались, которые потом капельки подобрали!..

Настя настолько живо перебирала факты и делала выводы, что на ее лице отображалась целая палитра эмоций. Олег одобрительно кивнул, улыбаясь, и освободил проход, после чего девочка выскользнула на широкую деревенскую улицу. Грязи тут было поменьше, видимо, за центром Оковиц староста все же следил, но вот сырости все же хватало.