* * *

В Канцелярии было довольно тихо. Все чиновники сидели по своим конторкам, занимаясь переписыванием бумаг. Теперь, когда Колывано-Воскресенские горные производства перешли в ведение казны, следовало всё постепенно переоформить и это означало большую бумажную волокиту. Я вспомнил, что времена Екатерины Великой ознаменовались расцветом русской бюрократии, но вот как это было в реальности? Это мне и предстояло постепенно узнать здесь, в Колывано-Воскресенской Канцелярии Кабинета её императорского величества.

Двери центрального входа вели с улицы в преддверие и ко вторым дверям. Я открыл их и вошёл в помещение. Из боковой дверцы, как и в прошлый мой приход, вынырнула мордочка мелкого чиновника:

— Чего изволите, ваше благородие?

— Изволю дело обсудить с Фёдором Ларионовичем Бэром.

— Обождите, его превосходительству сейчас доложено будет, — чиновник указал мне на небольшую скамеечку вдоль коридорной стены и юркнув мимо меня проскользнул за дверь кабинета генерал-майора Бэра.

Я не стал садиться, решив оглядеться здесь более внимательно. Смотреть в общем-то было особо не на что. Всё те же лампы-лампадки висели на стене по бокам, но они были погашены, так как из двух окон по сторонам от центрального входа шло достаточно уличного света. В прошлый раз я не обратил на окна внимания, потому что они были закрыты ставнями и занавешены толстыми портьерами.

Коридор, где я находился, был больше похож на вытянутое фойе. Боковая лестница вела на второй этаж, где, судя по всему, находились какие-то жилые комнаты служащих. Здесь же, на первом этаже, было несколько простых дверей и одна заглавная. Да, заглавная дверь вела в приёмную, за которой уже следовал кабинет начальника Колывано-Воскресенских горных производств.

Чиновник выскользнул из приёмной:

— Ваше благородие, Иван Иванович, извольте подождать. Фёдор Ларионович примет вас через несколько минут.

— Через несколько минут, это через сколько? — задал я вопрос, чтобы внести в ситуацию больше конкретики.

— Его превосходительство сейчас принимают полковника Петра Никифоровича Жаботинского, как закончат, то и ваше дело готовы будут принять.

— Пётр Никифорович… Жаботинский? — я вопросительно посмотрел на чиновника.

Тот, видимо, соскучился по человеческим разговорам и охотно пояснил:

— Так и есть, Пётр Никифорович из столицы прибыли на днях, помощником его превосходительству Фёдору Ларионовичу назначены они… Из столицы прибыли-с, на устройство дел производства горного. Матушка-императрица изволили горные заводы наши в казну перевести, вот-с… Оформляем-с дела сии…