В этот момент дверь приёмной открылась и оттуда вышел высокий мужчина в мундире горного ведомства. Насколько я понял, это и был Пётр Никифорович Жаботинский. Он посмотрел на чиновника, потом повернулся ко мне.

— Итак, ежели я верно понимаю, Иван Иванович Ползунов? — несколько высокомерно спросил он.

Тон мне не понравился с самого начала, и я решил немного осадить новоиспечённого помощника Бэра. Но не сильно, ведь нам ещё работать вместе, не хотелось бы сразу испортить отношения.

— Понимаете совершенно верно. А вы, ежели я верно понимаю, Пётр Никифорович Жаботинский? — в тон ему ответил я.

Жаботинский нахмурился, но потом снисходительно улыбнулся и кивнул головой:

— Так точно, полковник Жаботинский, помощник начальника Колывано-Воскресенских горных производств генерал-майора Фёдора Ларионовича Бэра.

Я сразу понял, что так Жаботинский указывает на своё положение. Что ж, померяемся положением.

— Очень приятно, — я кивнул в ответ. — Иван Иванович Ползунов, механикус, начальник Барнаульского горного завода.

Жаботинский едва заметно скривился и показал на дверь приёмной:

— Не смею вас задерживать. Тем более, что у его превосходительства есть неотложные дела и лучше его тоже не задерживать.

— Не извольте беспокоиться, — я спокойно улыбнулся и вошёл в приёмную Бэра, оставив Жаботинского позади.

Бэр давал указания стоящему перед ним по стойке смирно секретарю:

— Указы откопируй немедля и готовь почтовый пакет. Да чтобы сегодня всё готово было, он повернулся ко мне. — А, Иван Иванович, опять изволите работников себе требовать?

— Доброго дня вам, уважаемый Фёдор Ларионович, — я наклонил в приветствии голову. — Нет, работников требовать теперь нет нужды.

Бэр с интересом посмотрел на меня:

— Что ж, пройдёмте в кабинет, — он повернулся и вошёл в раскрытую дверь.

Я последовал за ним. В кабинете Бэр уселся за свой рабочий стол и показал рукой на стул перед ним:

— Что ж, извольте садиться.

— Благодарю, — я сел на стул с мягкой бархатной обивкой.

— И какое тогда дело у вас?

— Дело, Фёдор Ларионович, не такое и трудное. Вы же, насколько мне теперь известно, планируете обжиг кирпича устроить и по весне застройку каменную в посёлке заводском начать.

— Верно, поэтому все приписные мужики на обжиге сейчас… — он посмотрел какие-то бумаги у себя на столе. — Через два дня начнут работать.

— Мне, как я уже вам сказал, работники сейчас не требуются, так как из обители пришли монахи и добровольно согласились в разборе старого цеха, да и в обжиге участвовать.

— Монахи? — удивился Бэр. — Интересное дело, ну да ладно, это, так сказать, не моего ведомства забота.