— Да что вы такое говорите, мне же только в радость вам помогать. Здесь разве что чтением можно себя занимать, а чертежи копировать ведь даже и не мечтала. Теперь обучение моё самое прямое применение находит благодаря вам, Иван Иванович.

— Что же, скажу вам откровенно. Ваш труд для меня очень важен, и я вам признателен за такое участие, — я повертел в руках папку. — А папка-то прямо загляденье, здесь такой и в Канцелярии мне не доводилось видеть.

— Это в столице довелось обнаружить, я на всякий случай несколько таких папок запасла. Вот, видите, пригодилось значит, — Агафья помолчала и добавила: — Мне показалось, что будет разумно вам такую папку передать, дабы чертежи в должной сохранности были.

— Да вы что же, уважаемая Агафья Михайловна, как мне возможно такую добрую вещь у вас забирать⁈

— Вполне себе возможно, ведь это же не вам личный подарок, а для дела прибор полезный. Вы же сами говорили, Иван Иванович, что дело это должно понимать как государственной важности, так разве для того не могу и я поспособствовать?

— Ну что же, ежели таким образом рассуждать, то, пожалуй, и правда надобно как инструмент воспринимать папку сию.

— Надобно, точно вам говорю, надобно, — Агафья Михайловна вдруг остановилась и повернулась ко мне. — Иван Иванович, а я ведь ещё об одном у вас спросить хотела.

— Ещё об одном? О чём же? — я тоже остановился.

— Знаете, когда я чертежи ваши копировала, то заметила на них сетку продавленную. Только при внимательном рассмотрении мне показалась сетка сия довольно отличительной от аршинного и саженного измерения, что принято в таких планах. Скажите, а что же это за сетка такая? Похоже на рисовальный план, да не художественная эта сетка, ведь я же и рисованию обучалась, знаю какие там упражнения применяются.

Я внимательно посмотрел на Агафью Михайловну. Очевидно, она обнаружила мои наброски разметки для десятеричной системы измерений. Только как мне ей объяснить эту систему? Разве что… обучить?

— А вы довольно наблюдательный ум имеете, уважаемая Агафья Михайловна, ведь эта система мерная, которая пока не очень здесь известна.

— Что же за система такая? Я ведь и ещё одно заметила… — с увлечением добавила Агафья, — Там же всё на десятки поделить можно, и… мне это довольно удобным показалось.

— Вы прямо-таки гений, Агафья Михайловна, — без иронии воскликнул я. — Ежели эту систему без обучения обнаружили это ещё одно, так вы и про измерение десятками заметили!

— Ну так это трудно не заметить было, ежели внимательно-то рассматривать. А как же не рассматривать, когда для скопирования только это и надобно делать прежде любого начертания копии.