Крепыш явно почувствовал моё состояние. Он опешил и сделал шаг назад.

Два мужика так и стояли, переводя мутный взгляд то на своего собутыльника, то на меня.

— Иван Иваныч, дорогой, — залебезил крепыш. — Да ты чаго, мы ж без умысла какого, — он повернулся к своим товарищам. — Мужики, это ж Иван Иваныч, Ползунов это, механикус наш.

Мужики начали соображать и потянулись к шапкам, снимая их и прижимая к груди:

— Да мы ж таго… Мы ж без умыслу… — забормотали они, пошатываясь под порывами метельного ветра.

Вот ведь бестолковые! Я тяжело вздохнул.

— Ну-ка, вы это бросьте, шапки-то на голову наденьте! Головы у вас хоть и дурные, а беречь надобно от простуды разной, — я уже спокойно и даже с каким-то сожалением посмотрел на них. — Давайте, идите уже, да чтоб завтра на заводе все как штык, да трезвые как стёклышко были. Вы мне там с руками трясущимися не надобны.

Все трое помялись и повернулись, уходя куда-то в сторону, угрюмо бормоча. А главарь всё оглядывался и мне даже показалось, что он напоследок ухмыльнулся, глядя на меня и стоящую рядом девушку.

«Что ж, придётся ещё и заниматься их перевоспитанием», — подумал я, хотя прекрасно понимал, что некоторые вещи изменить в их жизни и поведении уже никому не под силу.

— Благодарю вас, сударь, — заговорила девушка, прикрывая лицо от ветра.

— Давайте я вас до дома провожу, погода разыгралась не на шутку, да и вот, — я показал в сторону пропавших в снежной пыли мужиков, — разные люди могут на пути оказаться.

— Очень вам признательна, мне, право, даже неловко, что вот такая ситуация случилась, я даже и подумать не могла, что здесь вот так… — она на пару мгновений задумалась. — Так вот неожиданно может произойти что-то… — она поправила корзинку, которую всё это время крепко держала в руках.

— Вы позволите? — я взял у неё корзинку, — Где вы живёте, куда нам идти?

— Да здесь ведь совсем рядом. Я вначале в лавку прямо перед нашим домом зашла, а после решила в других товары посмотреть, вот и оказалась здесь. Вроде и недалеко, а приключение какое…

— Да уж, не желательно для девушки в таких приключениях оказываться, хорошо, что без осложнений.

Девушка уже вполне уверенно шла рядом.

Ветер переменил направление и стал толкать нас в спину. Снежные намёты по улице росли прямо на глазах.

Мне казалось, что такие юные девушки в этом веке сидят по домам, а если и оказываются на улице, то смущённо опускают глаза. Но, судя по всему, я ошибался.

— Сударь, вы даже не представились ведь. Я понимаю, что неприлично спрашивать, но вот тот… — она махнула рукой куда-то в сторону, — тот вас Иваном Ивановичем называл, верно?