— Как? — она словно обиделась. — Так это же такое дело интересное и… полезное! Отчего же не скоро делается?

Я с улыбкой смотрел на девушку, которая не обращала внимания на метель, и всё расспрашивала и расспрашивала о моей машине. И мне ведь приятно было рассказывать ей.

— Ну, чтобы машину дальше делать, надобно цеха заводские расширять. Ежели их оставить как сейчас, то при запуске машины много народа может пострадать на производстве. Ведь там механизмы большие крутятся, котлы нагретые паром, под давлением. Если в такой цех вот этих мужиков запустить, то они же сразу себе кто руку отдавит, кто ногу, а кто и голову припечёт себе на котлах-то.

— Так вот же, пьянствуют мужики, отчего бы им не пойти да всем вместе заняться такой вот… таким вот расширением-то, цеха же, вы сами говорите, заводские, мужики же тоже с заводских будут.

— Это да, всё верно, только здесь случай всё застопорил.

— А что за случай такой? — любопытство к новым историям вновь вспыхнуло на лице Агафьи, сменив только что бывший интерес и заботливость об неведомой ей машине.

И мне от такого искреннего интереса захотелось ей всё рассказать. Захотелось выговориться, возможно для того, чтобы привести свои мысли в порядок. Мне всегда помогало проговорить проблему.

— Посёлок барнаульский, он же весь деревянными домами застроен, — я показал рукой вокруг себя, — вот и случай вам.

— И что ж с того?

— Так пожара опасается новый начальник Канцелярии, решил весь посёлок перестраивать каменными зданиями.

Лицо Агафьи вдруг застыло в недоумении и каком-то понимании ситуации. Она негромко произнесла:

— А что ж… начальник Канцелярии, разве он цеха не позволяет вам расширять?

— Да не то чтобы не позволяет. Я вот сегодня с ним разговаривал про это дело, тоже вот про опасность заводских увечий сказал. Только у него своё впереди. Увечья, как говорится, это дело будущего, а вот ежели весь посёлок полыхнёт, то много больше беды будет.

— Так ведь и правда так получается, верно?

— В том-то и дело, что верно. В том-то и дело, уважаемая Агафья Михайловна… — я с сожалением поставил её корзинку на ступеньку крыльца.

Здесь было как-то тихо и даже уютно. И сюда практически не задувало снега.

Мы помолчали и вдруг Агафья заговорила:

— А знаете, я вот думаю, что ваше дело тоже важное. Вот ежели вы говорите можно воду перекачивать, то ведь так и пожар любой загасить легче, разве не так?

— Да, так, — я посмотрел на неё. — Моя машина и здесь может пригодиться. Только опять же, много строить надобно для этого новых домов и механизмов.

— Так, а дя… а начальник Канцелярии, он как… как он не позволяет вам строить цеха вот эти?