Я болезненно усмехнулся.

— Взгляни на меня. Я что, похож на спасателя?

— Ты умен. Расчётлив. С тобой у меня в разы больше шансов подняться наверх.

Я колебался. С одной стороны, мне жутко хотелось выколоть ему глаза и раздавить их. Слишком уж много проблем оставил после себя этот отморозок. Но на данный момент я и сам не знал, как отсюда выбраться. Да, если лифт в «Зарю-2» еще работает, можно подняться туда. А дальше? Помнится, туннель был частично разрушен, когда наша команда спасателей узнала о висящей на хвосте «Альфе». Где же искать выход?

— Хорошо. Согласен. Но и у меня есть условие!

— Ты главный? — предположил Юрген, чуть улыбнувшись.

— Я не уйду отсюда, пока не спасу свою группу, Катю и Костолома. Только когда я спасу всех их, будем рассматривать вопрос эвакуации. А спасать мы их будем вместе. Договорились?

— По рукам, — Юрген осклабился.

Конечно же, я ему не доверял. Не мог человек долгое время быть полнейшей мразью, а тут вдруг взять и исправиться. Да, ситуация с предательством отца на него повлияла — бесспорно. Но тот факт, что Юрген — человек абсолютно ненадежный, я знал на сто десять процентов. Но учитывая мое теперешнее состояние, помощь хорошо вооруженного напарника мне была ой как нужна. Если все пройдет хорошо, вызволим заключенных, отыщем Катю и Костолома, а уже тогда отправимся на поиски этого «боевого крота». С остальным разберемся после.

— Помоги встать, — произнес я, протягивая руку. Однако вспомнив про пальцы, быстро протянул другую руку.

Оказавшись на ногах, я поинтересовался, есть ли у него какой-нибудь огнестрел. Мне в руки перекочевал «Вихрь» покойного Шведа.

— Ну, куда направляемся?

— К карцеру! — произнес я, а затем обратил внимание на плотно набитый рюкзак Юргена. — А обезболивающего, случаем, не найдется?

* * *

— Ну, долго мы будем тут торчать⁈ — недовольно пробурчал Раф, вновь потрогав ладонью холодный бетон, нависший над ними, словно гигантское надгробие.

— Сколько мы тут уже сидим? — пробурчал Михаил. — Часов шесть?

— Больше, — нехотя ответил диггер.

Они очутились в очень тесной камере, с низким потолком. Из-под щелей в бетоне пробивался тусклый рыжий свет. Сколько они ни кричали, ни пытались приподнять плиту — ничего не вышло. Снаружи никто так и не отозвался, а плита оказалась нереально тяжелой.

— Где Макс блин? Где Верг?

— Может, в другой камере?

Некоторое время было тихо, затем Миша не выдержал и неожиданно рассмеялся.

— А ведь эти дикари нас все-таки обвели вокруг пальца, а? У нас были штурмовые автоматы, гранаты, пистолеты-пулеметы… А теперь мы здесь и у нас ни хрена нет. Ни воды, ни еды. Вообще ничего. Даже света.