Человек сначала увидел окровавленный труп, а затем разглядел и меня.

Я не целясь, сразу же нажал на спусковой крючок. Громыхнул выстрел.

Пуля угодила в бронежилет. Незнакомец охнул, отшатнулся и от неожиданности выжал пальцем спусковой крючок. Короткая очередь ушла в стену. От неожиданности автомат выпал из его руки, с лязгом грохнувшись на залитый кровью пол.

Я неловко подскочил на месте и хотел уже снова выстрелить, но человек бросился мне под ноги, повалив меня на бетонный пол. Из-за тесноты и полученных ранее травм, я толком не смог сгруппироваться и просто рухнул на спину. Человек двинул меня кулаком в живот и заорал:

— Прекрати! Стой! Стой!

Я не сразу среагировал на команду. Зато этот голос узнал бы из тысячи.

Это был Юрген Штрасс.

Задергавшись вдвое интенсивнее, я попытался освободиться, но тот держал меня крепко. Кое-как изловчившись и ударив его локтем в лицо, я добился того, чтобы тот отпустил меня. Затем грубо отпихнув его ногой в сторону, я потянулся за пистолетом, но не достал — Юрген резко дернул меня за ногу и я, не удержавшись, ударился затылком об пол. В глазах прострелили искры. Штрасс решительно пополз ко мне, по неосторожности зацепив коленом мои сломанные пальцы. Я взвыл от ошеломительно острой боли и ударил его в лицо другой рукой, сбив ПНВ и очки. Далее я заработал ногами, молотя подошвами ботинок во все, до чего мог дотянуться. После очередного, меткого удара Юрген со стоном откатился в сторону.

Я вновь потянулся за пистолетом. Мне удалось подобрать его, навести на противника и даже нажать на курок, но Штрасс успел махнуть ногой, повторно выбив пистолет из рук. Одновременно раздался выстрел — пуля оцарапала левую щеку Юргена, срикошетив от стены.

— Бля, да успокойся ты! — заорал он что есть сил. — Хватит!

Это сработало. Правда, лишь после того, как я еще несколько раз бестолково выжал спусковой крючок. Выронив пистолет, я, тяжело дыша, с ненавистью смотрел на Юргена. Но тот, кое-как поднявшись, медленно подошел и, осторожно подобрав автомат, глубоко вздохнул.

— Ну ты, герой, блин, — пробурчал он, посмотрев на меня с каким-то необъяснимым укором. Автомат он рывком закинул за спину, тем самым показывая, что не намерен им пользоваться. По крайней мере, в данный момент.

Я промолчал, ожидая продолжения разговора.

Но и Юрген говорить не торопился, все еще восстанавливая дыхание. Признаюсь, наша стычка оказалась крайне изматывающей — я едва держался, чтобы обессиленно не свалиться в обморок.

— Макс! Есть дело, — наконец произнес Штрасс, снова бросив на меня испытывающий взгляд.