В кухню вошли старшие дети, оба такие же полные и круглолицые, как и мать. Они были аккуратно одеты и в руках держали школьные сумки.

– Ого! Она что, весь день тут одна просидела? – спросил мальчик без особого сожаления в голосе.

– Конечно, просидела, в школу-то ее не берут. Что отец, что дочь – непутевые, – проворчала женщина, с отчаянием глядя на остатки того, что раньше было ее кухонным инвентарем.

В дверь постучали. Хозяйка махнула детям, чтобы те открыли. На пороге стоял немолодой седой солдат усталого вида в грязной дорогой одежде.

– Вернулся? Очень вовремя! Посмотри, что натворила твоя дочь! – громко затараторила она.

Солдат вошел в кухню и осмотрелся. Его не сильно тронул хаос, царивший там, и рассыпанные по полу перемешанные детали. Такую картину он видел не в первый раз и сразу понял, что здесь произошло и кто в этом виноват.

– Где она? – спокойно спросил он.

– Вылетела пулей, когда я вернулась. Иди ищи ее теперь, и чтобы возместили мне весь ущерб! – на последних словах она повысила голос, так как гость уже вышел на улицу в указанном ему направлении.

Он прошел по широкой улице, оглядываясь по сторонам, делая предположения, куда могла побежать испуганная десятилетняя девочка. Это место должно быть подальше от дома, который ненадолго их приютил здесь, на Бате, тихое и спокойное, где легко спрятаться. Впереди показался вход в широкий парк, где располагались зеленые ухоженные поляны для отдыха, детские игровые площадки и множество укромных уголков. Он, не раздумывая, зашагал вглубь парка по тенистым тропинкам. Было здесь одно место, где они часто сидели вдвоем, читая книги об Исиде, их родной планете, и где, как ему казалось, Велада могла быть и сейчас. Он прошел несколько развилок, затем свернул на узкую дорожку вдоль ручья и вышел на просторный луг, где отдыхали люди после работы и играли дети. На противоположной стороне под высоким деревом прямо на траве сидела белокурая худенькая девочка. Она вся сжалась, обняв свои колени, и выглядела совсем крохотной, печальной и одинокой. Ему всегда было жаль оставлять ее так надолго, он тоже сильно скучал по дочери. Но, учитывая их образ жизни, ему постоянно приходилось крутиться в поисках какого-нибудь заработка для жизни и частых переездов.

Скрывшись в тени деревьев, он обошел поляну кругом в направлении девочки и подошел тихо со спины, оставшись для нее незамеченным. Она была то ли погружена в свои безрадостные детские мысли, то ли увлечена зрелищем, раскинувшимся на поляне, где дети бегали и играли со своими родителями, но где для нее одной не было места.