Гидеон, который как раз тянет свой напиток через трубочку, поперхнулся.

– Чего? – просипел он. – Какие трупы? Я думал, это все слухи. Шутки.

– Какие шутки, чувак! Ее секретарша и клиент, который сидел в приемной, ждал своей очереди. Высушены оба. Под ноль. Как изюм.

Гидеон медленно отставляет стакан.

– Жуть какая, братан! Как ты в такое вляпался! Прости, не желал тебе подобного!

– Не желал… – передразниваю я его. – Поэтому я и здесь! Соскочил с ЗОЖ. Меня сейчас могут арестовать! Я был последним, кто видел их живыми. Я вампир, я умею высасывать жизненную силу. А нюансы внешнего вида трупов полицию не волнуют. У меня еще и толком алиби нет, потому что кикимора, которая вышла передо мной из кабинета якобы сразу ушла и не заметила, живы секретарша с клиентом или нет.

– А что эта... психологиня говорит?

– Милена? Она попыталась прикрыть меня амулетом, чтобы полиция сразу на меня стрелки не перевела. Следователь, правда, все равно смотрел с подозрением. Но пока я свидетель. Но это временно. Неизвестно, что дальше будет. В какую сторону пойдет следствие. Они рано или поздно узнают, что я вампир.

Я залпом допиваю остатки «Крови Вия».

– Они, конечно, пока против меня ничего не нашли, потому что я реально чист, но осадочек остался.

Гидеон задумывается. В баре играет тихая музыка – какая-то готика вперемешку с шансоном про могилки. За соседним катафалком компания молодых упырей празднует день рождения: имениннику подают торт в форме гроба с надписью «Сладких снов» из взбитых сливок.

– Слушай, – говорит Гидеон, постукивая пальцами по крышке катафалка. – Братан, а ты не думал, что это подстава?

– Да кому я особо нужен?

– Ну, не знаю. Может, кто-то из молодых хочет место под солнцем расчистить? Или эта твоя психологиня сама что-то замутила? Высосала их, а на тебя повесила?

– Милена? – я качаю головой, вспоминая свой к ней визит. – Вряд ли. Во-первых, непонятно, зачем ей убивать домовиху. Она очень расстроилась и правильно. Обычно в таких домах больше добра не жди. Недаром они пустеют – туда заселяться никто не хочет, кроме уж полных отморозков или от незнания. Во-вторых, также непонятно, зачем убивать своего же клиента. Да, и красть у самой себя его файлы.

– Файлы могла украсть для отвода глаз.

– Теоретически. А практически, Милена все время сидела в своем кабинете и вела прием. Даже в туалет не выходила. Не, это не она. Нет ни мотива, ни возможности, как говорят в детективах.

Гидеон пожимает плечами.

– Хочет раскрутиться, хайпануть. «Известный психолог оказалась в центре скандала» – это ж какой пиар!