Открываю дверь в туалет. Передо мной на полу сидит труп, прислонившись к стене. Морозов, к гадалке не ходи. Аркадий Борисович собственной персоной. С пустой душой, высосанной до дна.
Глава 11. Ян
Морозов. Я узнал его по встречам в девяностых. Мир тесен, не поспоришь. О нем всегда ходила дурная слава. Что ж, всему приходит конец. Даже существам высшего уровня.
Я выпрямляюсь, прислушиваюсь. В офисе тихо. Убийца давно исчез.
– Милена, – зову я, выходя из туалета. – У нас проблема.
Она оборачивается. В руках очередное досье.
– Какая еще? Трубу в туалете прорвало?
– Там Морозов. Мертвый. Труп.
Она бледнеет.
– В смысле? Прямо здесь лежит?
– В прямом смысле. В туалете. Относительно свежий. Убит недавно.
Договорить мы не успеваем. Дверь в офис вышибают, хотя в данном случае это совершенно ненужное действие – она, с моей же помощью, уже открыта.
– Полиция! Всем стоять на месте!
Опять же, бесполезный приказ – мы с Миленой и так не особо двигаемся.
В помещение врываются люди в бронежилетах, в масках, с автоматами наперевес. В меня, кстати, из автоматов стреляли не раз. Неприятное ощущение, но не смертельно. За ними заходит главный – знакомый мне следователь Эдуард Анатольевич Змиев, с лицом, которое видело слишком много трупов, а теперь смотрит на меня с особым подозрением.
– Ян Веритас, если не ошибаюсь? – спрашивает он с презрительной усмешкой. – Вам же сказали сидеть дома и не покидать город. А вы, мало того, что покидаете и не сидите, так еще и убиваете человека. Короче, вы арестованы по подозрению в убийстве гражданина Морозова Аркадия Борисовича. Труп обнаружен в помещении, где вы находитесь. Ваши отпечатки найдены рядом с телом.
– Мои отпечатки?!
Во-первых, я не оставляю отпечатков уже лет сто пятьдесят. А до этого их просто не умели определять. Во-вторых…
– Вы совершаете ошибку, – спокойно говорю я, пока полицейские надевают на меня наручники. – Я обнаружил тело за минуту до вашего прихода. Вы не могли о трупе знать. А самое главное, вы не могли обнаружить мои отпечатки.
– Это мы проверим. И не вам нас учить, – заявляет оборотень Змиев. – О трупе нам сообщили доброжелатели, которые заметили, как вы незаконно проникаете в помещение.
– Было такое. Проникли. Расследования ради. Помочь родной, доблестной полиции. И если ваш патологоанатом, или кто там это у вас делает, осмотрит тело, то увидит, что оно мертво гораздо дольше, чем мы здесь находимся.
Выразился я витиевато, не спорю. Поворачиваюсь к Милене. Она стоит бледная, сжимая в руках папку с досье.
– Вы, уважаемая, свидетель. Завтра с утра попрошу в отделение, давать показания.