Дело Морозова: индивидуальный предприниматель, инвестор, труп в туалете офиса по продаже недвижимости Петра Великанова, ноль отпечатков, свидетелей нет, мотивов нет, улик нет. Два человека, которые обнаружили труп. Подозреваемый – один из них, Ян Веритас. Но у него нет мотива, доказательства его причастности к убийству отсутствуют.

Дело Великанова: труп в офисе психолога Милены Ведьминской, свидетелей нет, мотивов нет. Есть Белла Селфмейд, обнаружившая труп.

Дело Марфы Домовихи: труп в офисе психолога Милены Ведьминской, свидетелей нет, мотивов нет. Есть Белла Селфмейд, обнаружившая труп.

Ян Веритас был на месте убийства Великанова и Домовихи, однако, у него есть алиби, обеспеченное Миленой Ведьминской.

– Висяк, – сказал Змиев вслух. Он вздохнул и отодвинул папки. – Красивое слово для того, что никогда не раскроется. Нагоняй от начальства обеспечен.

Он сделал глоток ужасного кофе и переложил все три дела в папку с надписью «Нераскрытое».

***

Белла стояла на крыльце недостроенного дома и смотрела на закат.

Дом был маленьким – всего на шести сотках земли, купленных за бесценок у старой бабушки, чьи дети и внуки категорически отказывались сюда ездить. Пахло лесом и свободой. Впервые за много лет у нее не болела душа.

Это был мудрый совет Милены – самой построить новое родовое гнездо. Начать сначала. Ведь кто-то когда-то тоже построил ту старую усадьбу первым.

– Готово! – раздался голос из дома.

Она обернулась. Григорий – огромный, неловкий, с молотком в руке и щепкой в волосах – вышел на крыльцо, вытирая пот со лба.

– Что готово?

– Кухня. Стол сколотил. Столешницу приладил. Плиту подключил.

Он улыбнулся. Широко, по-детски, искренней улыбкой, которая появилась у него после того, как в кабинете Милены его память вдруг щелкнула. И он вспомнил все. Беллу, их встречи, ее смех, ее боль, их нелепую влюбленность друг в друга. Нелепую от того, что эльфийке было очень странно найти себе в пару оборотня.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Григорий, обнимая ее.

– Живой, – ответила Белла. – Впервые за много лет.

Они помолчали. Закат окрасил небо в розовое.

– Знаешь, – сказал Григорий, – я никогда не думал, что буду строить дом. А теперь я хочу не просто дом. Хочу к нему достроить веранду. Поставить туда диван. И чтобы ты сидела рядом и читала мне свои эльфийские книги.

Он поцеловал Беллу в макушку. И улыбнулся снова.

***

Я стою перед зеркалом. В зеркале, как обычно, не отражаюсь. Но знаю, что выгляжу хорошо. Черная рубашка, красный шейный платок, новые черные джинсы с дырками по всей длине...