Она кричит — громко, отчаянно, счастливо.

И я следом действую быстро, почти молниеносно стягиваю штаны с трусами.

Болт стоит по стойке смирно, течет смазкой.

Мне понадобилось всего несколько проходов туда-сюда.

Буквально за пять-семь секунд успел передернуть, а потом накрывает валом оргазма.

Выстреливаю прямо на ее живот, на грудь, чувствуя, как сперма брызгает горячими толчками.

Никогда так сильно не кончал. Никогда.

Все, больше нет сил! Я не держу Олесю. Она рухнула рядом с улыбкой на лице.

Видеть удовлетворенное, счастливое выражение лица для меня — лучшая из наград.

Мы лежим, тяжело дыша. Я прижимаю ее к себе, чувствуя, как бьется ее сердце. Как дрожит

тело в затихающих отголосках оргазма.

— Это был лишь пробный... заезд, — хриплю я в ее волосы, чувствуя, как член снова твердеет.

Прошло лишь несколько минут, а я хочу её снова!

— Пробный?

Глава 12

Глава 12

Глава 12

Олеся

Ноги дрожат, колени подкашиваются, в голове туман. Выпила для храбрости — грамм пятьдесят

самогона, который все же пришлось взять у деда Антона. Зачем? Чтобы решиться на этот

разговор. Чтобы не сбежать.

Но теперь хочется упасть. Прямо здесь, на пол, и лежать.

А этот Хасанов будто взбодрился. Лежит на кровати, смотрит на меня голодными глазами, и в

них — предвкушение. Спина у него, видите ли, болит, копчик стреляет, а член — во! Стоит, как

солдат на посту.

— Иди сюда, — тянет он руку.

— Я... я не могу, — шепчу я. — Мне пора. Дела...

— Какие дела? — усмехается. — Ночь на дворе. Борька спит. Гостей нет. Иди сюда.

Хватает за запястье, тянет к себе. Я падаю на кровать рядом, и он сразу прижимается, целует

шею, лижет грудь, втягивает сосок.

— Марат... — выдыхаю я.

— Еще один заезд, — шепчет он между поцелуями. — Только теперь — сверху. Ты сверху. Хочу

видеть, как ты скачешь на мне.

— Мы не договаривались...

— А мы вообще ни о чем не договаривались, — перебивает он. — Просто делай.

Его пальцы уже там. В моей щелочке. Двигаются, долбят, разводят в стороны. Я мокрая, снова

готовая, снова хочу, и это бесит больше всего.

— Сейчас... подожди... — пытаюсь отстраниться.

Но он держит крепко. Пальцы внутри, большой палец давит на клитор, и тело само откликается,

прогибается, раздвигает ноги шире.

— Вот так, — довольно выдыхает он. — Давай, малышка.

Я закрываю глаза и позволяю себе случиться этому. Снова.

О последствиях буду думать потом. Сейчас есть только его руки, его пальцы, его дыхание на

моей груди. И этот нарастающий жар внизу живота.

Он утыкается лбом в мою грудь, продолжая работать пальцами. Я уже близко, уже лечу, уже...

— Полное прощение после... полноценного секса, — вдруг говорит он.