месть, у тебя были все основания, потому что в начале я был тем ещё мудаком.
— Ты вёл себя, как засранец миллиардер.
— И много ты их знаешь?
— Целых двух. Тебя и… ещё одного, говорят, он попал в яму, которую рыл другому.
— И кто тебе нравится больше?
Она смеётся. Заливисто, счастливо.
— Шутишь, что ли? Ты, конечно.
Новый поцелуй…
Я чувствую, ещё немного, и мы будем ломать кровать.
В щепки!
— Лесь, — говорю тихо.
— М?
— Мне как-то сон приснился, ты, я, дождь и сеновал…
— Оу…
И в этот миг, как по заказу, за окном грянул гром.
— Прогулка под дождём?
— Ну вот, а я только бельё настирала. Дай перевешу и… пойдём.
— Точно? — уточняю я, поправляя ширинку.
— Точнее не бывает!
Глава 23
Глава 23
Олеся
Прогулка состоялась, но быстрая, потому что я не знаю, как Хасанов это делает, но…
Словно по заказу миллиардера, пошёл дождь!
Благо, я взяла зонт и, прячась под ним, добежали до сеновала.
Дождь шепчет за стеной. Мягко, ласково, ритмично. Капли стучат по крыше, скатываются по
стенам, и этот звук смешивается с нашим дыханием, с шелестом сена, с тихими стонами.
Место, где в детстве мы прятались с подружками, где пахло сухой травой и свободой. А
сейчас...
Сейчас здесь пахнет парфюмом Марата. Впервые я думаю о нём вот так — по имени — не Хасанов,
не миллиардер, корону которого хочется поправить лопатой.
В сеновале вкусно пахнет его кожей и желанием, а в воздухе тают звуки наших поцелуев, мы
ласкаемся всё жарче...
Миллиардер лежит на спине, раскинув руки, и потирает задницу.
— Ууу... Точно, колется! — морщится он. — Леся, это сено реально колючее. У меня скоро вся
задница будет в отметинах.
Я смеюсь, сидя на нём сверху.
— Ты хотел свидания на природе. Хотел романтики. Получай.
— Я думал, ты предложишь в постель пойти, — ворчит он, но глаза смеются. — А ты — на
сеновал. Как в кино про колхоз.
— Так я и есть колхозница, — наклоняюсь, целую его в губы. — Доярочка, помнишь?
— Помню, — выдыхает он, и его руки ложатся на мои бёдра. — И доярочка, и хозяюшка, и...
самая красивая.
— И потом, ты сам просил. Хочу на сеновал. Вот, пожалуйста… Исполнила твоё желание.
— Исполни ещё одно.
Он расстёгивает брюки и смотрит на меня горячим взглядом.
— Сними трусики.
Меня даже не нужно просить дважды. Я разгорячённая от поцелуев и ласк его пальцев, которыми
он довёл меня почти до оргазма, сделав трусики мокрыми, как никогда.
Уже через миг я сижу сверху.
Мои полные груди тяжело вздымаются, соски стоят твёрдыми и очень чувствительными. Колени
утопают в колючем сене, а между ног уже так мокро, что внутренняя сторона бёдер блестит от
моей влаги.
Хасанов лежит подо мной — высокий, сильный, с широкой грудью и рельефным прессом, который