— А вы что?

— Не мешаем, — Машеров, наконец, сел и налил себе еще чаю. — Тут вот какое, Гриша, дело. Оглянешь всю эта махину под названием Советский Союз и приходишь к странному выводу. Для её поворота прежде всего один закон — семь раз отмерь и один отрежь. Ошибок нам никто в этом случае не простит. Мы как саперы на минном поле. Поэтому думать, думать и думать.

Романов потеребил в руках рюмочку с наливкой и засмеялся:

— Вот какие мы пивуны, вторую осилить не можем.

— Давай, я и по третьей согласен, раз разговор пошел. С чаем хорошо пьется.

— Да, приятная вещица. Дашь мне в дорогу бутылочку-другую?

— Хоть ящик!

— Это уже многовато. Хотя давай, раздарю. Пусть видят, что белорусы не только бульбу сажают!

— Рано мне рулить, Пётр. Поначалу смелый был, мол большевики и не такие горы сворачивают. А как окунулся в этот водоворот с головой, так по-настоящему страшно стало.

— Чего так?

— Ответственность, история, будущее. Думаешь, чего они так два с половиной года назад всполошились? Почему резкие движения аж на самом верху начались?

— Заглянули в зеркало времени?

— Правильно мыслишь! Вот ты наверху, думаешь, что великий и все в стране идет как надо. На мелочи и жалобы особого внимания не обращаешь. Люди всегда будут жаловаться, так они устроены. На поверку же ведешь государство прямиком к неминуемому краху. И все, все потом будут знать, чья это была вина. Это же проклятье на столетия со стороны соотечественников! Наверху ни в коем случае не должны сидеть политические проходимцы, они там невероятно опасны.

— Ты себя считаешь таким? — Машеров удивленно посмотрел на товарища.

— Нет. Но… — Романов тяжело вздохнул, — боюсь, что пока не потяну. Масштаб другой, мировой. Мне же надо побыть на вторых ролях, втянуться.

— Понятно. Андрей Павлович в курсе?

— Пока не разговаривал.

— Может, тогда пусть еще пятилетку порулит?

— Не получится, Пётр. Здоровья нет и не предвидится. Он и почетным не досидит до конца срока.

Бывший глава Белоруссии задумался. Вопрос его товарищем из ЦэКа поднимался далеко не праздный. Великая страна пусть и с трудом, но уже совершала исторический поворот. Бесчисленный сонм событий и решений не мог пройти бесследно. Его пытливые помощники, экономисты и компьютерщики каждую неделю доставляли Машерову все новые и новые отчеты. Графики, составленные по всем правилам вновь созданной науки, не врали. Изменения пошли, и чем дальше, тем сильней они себя проявляли. Такую махину уже было не остановить. Но и о руководстве страной, его ответственности перед историей забывать было нельзя.