Сплетен по поводу смерти Генерального секретаря в стране сразу появилось много. Для многих, кто был не в курсе, смерть показалась скоропостижной. Один из ленинградских агентов Владимира Петровича выдал документ, который генерал дал мне почитать.

«Среди персонала 1-го медицинского института, связанного с 4-м Главным управлением Минздрава СССР, циркулируют разговоры о загадочности смерти Генерального секретаря ЦК КПСС. По мнению ряда специалистов, в ГУ есть люди, которые на ранней стадии болезни Андропова умышленно вели неправильный курс лечения, что впоследствии привело к его безвременной кончине. На более поздней стадии ведущие специалисты страны были бессильны что-либо сделать, несмотря на все предпринимавшиеся ими меры. Люди, «залечившие» Андропова, связаны с группировкой (название условное) некоторой части партийных аппаратчиков в Москве, которым пришлись не по вкусу позитивные изменения и реформы, начатые Андроповым, в частности, намерение изменить «кремлевский паек», призывы к личной скромности партийных работников, обращение к ленинским идеалам коммуниста. Один бывший ответственный сотрудник Госплана СССР подтвердил изложенное выше и добавил, что Андропова убрали».

Убрать Андропова хотели многие. Мешал он не только партийной элите. С приходом к власти Андропова уголовный мир также ощутил на себе тяжёлую руку комитета. Но в данном случае действительно подвело здоровье. Застудил почки Юрий Владимирович ещё до войны. При почечной недостаточности любая инфекция может стать фатальной. Двадцать ведущих академиков и профессоров лечили Андропов, но увы. Девятого февраля 1984 года в стране начался очередной траур.

— Сашка, а что это за траурные симфонии по телевизору? — с подозрением в голосе поинтересовался отец, стоило мне переступить порог квартиры. — Неужели?

— Угу, — не стал я отрицать то, что он и сам подозревал.

— И кто кандидат на замену? — деловито сориентировался отец.

— Черненко, — кратко ответил я.

— Он долгожитель, — скептически отозвался отец и пошёл снова к телевизору, надеясь, что концерт симфонической музыки сменит что-то более информационное.

«Гонка на лафетах», начатая Сусловым, продолжалась. Когда в стране объявили траур по Михаилу Суслову, всё было серьёзно и трагично. Брежнева тоже хоронили с пониманием и всеобщим трауром. После смерти Черненко появится анекдот: вы будете смеяться, но нас снова постигла серьёзная утрата. «Пятилетка пышных похорон» продолжалась.

— Недолгий, до обидного недолгий, товарищи, срок суждено было Юрию Владимировичу Андропову трудиться во главе нашей партии и государства. Всем нам будет не хватать его. Он ушел из жизни в самый разгар большой и напряженной работы, направленной на то, чтобы придать мощное ускорение развитию народного хозяйства, преодолеть трудности, с которыми столкнулась страна на рубеже 1970–1980-х годов, — поведал Черненко народу.