— Какие, ты говоришь, методы форсированного допроса можно применить?
— Подождите, идет поиск в базе… Нашел, проходит по разряду фольклора и юмора, но раз военное положение. У вас есть противогаз в сейфе, Евгений Александрович?
— Противогаза нет, но идею я понял… — Жека закончил чистить ботинок, поднялся, отключил пока мобильник и пообещал Сальниковым: — Жирно вам противогаза будет, у меня пакетов достаточно! Прочных и без дырок…
Поторопился выключать, оба тут же согласились на явку с повинной. Врубил смартфон, записал на камеру полную покаяния речь Сальниковых, как они вначале вытащили три комплекта постельного белья и шторы, сменяли их на мини-рынке на водку, затем решили продолжить банкет. Группой лиц по предварительному сговору, решившись на тайное хищение чужого имущества. Жеке впервые бюрократическая волокита и канцелярит лились бальзамом на душу, с пониманием того, что этих пассажиров он больше не увидит…
Развязал старшему руки, чтоб он сам обулся и младшему помог, завязав шнурки. Вывел во двор и погнал пешком в отдел, через мини-рынок. Решив сразу же, по горячим следам, вернуть украденное имущество. Благо, по признанию мелкоуголовного элемента, пригретого в квартире — всё произошло недалеко, заодно и Гришу сможет увидеть, если тот вышел работать.
Так всё и получилось, и Гриша был там, и тётка, которой Сальниковы продали Жекины вещи. Тетку он еле оттащил от поникших духом бывших квартирантов, та коршуном на них набросилась, принялась лупить пакетом с ворованным бельём и шторами, перемежая удары выкриками:
— Алкашня! Спрашивала же! Ворованное или нет! В глаза стояли врали! Ууу, рыла бесстыжие!
Отогнав тётку, переговорил с Гришей. Тот хвастался тем, что скоро, к выходным, большое поступление железа намечается, звал к себе:
— Бери Настю и приходите, у меня посидим, мы с тобой поработаем, девчоки опять приготовят вкусного чего-нибудь. У меня жильцы нормальные, кстати, работа уже есть, мелких в садик оформили, это тебе не подфартило…
— Посмотрим, — уклончиво ответил Жека, — ничего не обещаю, завтра и послезавтра две смены днём в отделе до шести, в воскресенье опять на сутки. Если только в послезавтра после работы и ненадолго, системник как раз последний занесу. Давай ближе к вечеру созвонимся, хорошо?
— Давай, хоп!
С тем же Гришей, который попросил не мурыжить скупщицу краденого, с ней вместе переговорили. Та была рада отдать вещи и ещё доплатить, лишь бы её в отдел не таскали и изумилась, когда ей Жека отсчитал семь сотен, забрав своё. После того, как она «дяде Стёпе» изложила все обстоятельства, конечно.