Жека не стал оправдываться и напоминать, что это сам дядя Ваня вчера сказал подождать до среды. По внешнему виду было видно, что вчерашнюю бутылку он в одного употребил, да ещё и усугубил, вероятней всего. Про предварительный созвон перед визитом тоже лучше было не упоминать — у дяди Вани было своё видение, что такое мобильная связь и как ей пользоваться. Телефон у него был, хоть и кнопочный, но хранился он в клетке Фарадея, сделанной дядей Ваней своими руками, поэтому дозвониться до него было без вариантов. Сам он изредка пользовался этим мобильником, в основном по пьяни доставал службу поддержки или глумился над коммунальщиками. На все аргументы и доводы у него была одна фраза:

— Ты же башку в работающую микроволновку не засовываешь? А разница-то какая⁈

Жека передал велосипед страдающему с похмелья пенсионеру, сам ухватил баулы поудобней, и вдвоём направились к третьему подъезду — не спеша, подстраиваясь под неспешное шарканье дяди Вани, успевающего на ходу отпускать ядовитые комментарии по поводу всего, попадающегося ему на глаза или волнующего душу. Вроде такого:

— Женька, а у тебя пожрать-то есть чего, закусить, или кошку объедаешь?

— Найдём, дядя Ваня… — терпел Жека: сейчас пара-тройка стопок, и настроение боевито настроенного старика придёт в относительную норму.

Дома оттащил Марысю, изогнувшуюся дыбом и то шипевшую, то утробно рычавшую и щерившуюся на боязливо отшатывающегося дядю Ваню:

— Убери, Женька, убери от греха подальше зверя своего! Воспитал же, прости господи, пса цепного…

Баулы с системниками убрал в закрытую комнату — потом разберётся. Марысю шугнул на балкон, чтоб не терроризировала пенсионера, достал наугад одну из бутылок настойки, и устроились на кухне. Выставил на стол литровую банку с солёными огурцами и помидорами со своего огорода, недавно на пробу заквашенной капусты из банки в чашку нагрёб, сверху лучка покрошил и сдобрил растительным маслом. Да небольшой кусочек сала из морозилки мелко порезал.

— Супу погреть, дядь Вань, будешь?

— Нет пока. Да ты сядь, не мельтеши, посиди маленько. Давай выпьем!

— Мне завтра в ментовку, дядь Вань, — принялся отговариваться Жека. — С утра, в теру устраиваться, поэтому…

— Я тебя что, в запой соблазняю⁈ — возмутился дядя Ваня. — Али ты меня за алкаша держишь, в одну харю ханку жрать⁈ Уважь, посиди, пару-тройку стопариков пропусти — не убудет. А с такой закусью как слону дробина, твоему молодому и растущему организму…

Жека сдался, присел к столу. Выпили, закусили, потом ещё, и незаметно, слово за слово, рассказал дяде Ване большую часть тревожащих его дум — и про теру, и про поиск работы, и про предложение Гриши.