— Планируете подать в суд, мистер О’Доннел? — поинтересовался репортер.

— Конечно! — оживился фермер. — Детектив нашел в курятнике одну из его любимых кепок — жадный урод подписывает их все — так что этому ублюдку не отвертеться! — он задумчиво почесал в затылке и добавил. — Правда мы так и не поняли, почему она вся в слизи, — встрепенулся, вытряхнув нестыковку из головы. — Может он ее жевал? От этих поляков можно ждать чего угодно!

— Гибридыши умеют подставлять невиновных, — заметил довольный я веселящейся Виталине.

— Тсс! — одернула она меня, потому что на экране появился еще один фермер — этот сидел в кресле-качалке на крылечке выкрашенного белой краской двухэтажного деревянного дома с ружьем на коленях и дымящейся трубкой в зубах. За спиной, рядом с дверью, табличка «Ферма Кальвина».

— Да, раньше ко мне постоянно залезали гребаные лисы и еноты, — он немного приподнял двустволку, как бы намекнув на незавидную участь последних. — Но за последнюю неделю я не видел ни одного, — он пожевал губами и отвел глаза. — Я не трус, но, после того что случилось с фермами О’Доннела и Конвэя, что-то должно произойти у гребаного поляка Клеповски. Как только это случится, я продам свою ферму — у моей семьи три нефтяные скважины в Техасе, а дети и внуки давно живут в городе, так что здесь — только мы с женой. Зачем цепляться на проклятую сатанистами землю?

— Сатанисты? — заинтересовался репортер.

— Шел бы ты отсюда, городской, — буркнул фермер и свалил в дом вместе с ружьем и трубкой.

— Как зловеще! — прокомментировала Виталина. — Не любят они Клеповски, да?

— В Америке бытовой шовинизм — не чета нашему, — кивнул я.

На экране тем временем показали табличку над воротами «Ранчо Клеповски» и трактор, из-за которого в камеру смотрела двустволка, к которой приник черноволосый, злобно ощерившийся мужик. Репортер попытался его спросить:

— Мистер Клеповски, что вы можете ответить на обвинения мистера О’Доннела?

— Эти ублюдки никогда не получат мою землю! — заревел невинно обвиненный поляк и для острастки шмальнул в воздух.

На этом первая пленка закончилась.

— «Гибрид 2»? — уточнил дядя Дима.

— Ее, пожалуйста, — подтвердил я.

Поставили: на экране появился кабинет местного шерифа. Последний, в ковбойской шляпе, мордатый, толстопузый, усатый и с бакенбардами, положив на собственный стол с табличкой «Шериф Ричардс» обутые в сапоги со шпорами ноги, как бы показывая насколько он крутой мужик, важно успокаивал народ:

— Мы с ребятами прочесали леса — никаких ведьм, сатанистов и инопланетян там нет. Добрые люди округа Гаррисон могут спать совершенно спокойно — просто у наших фермеров в этом сезоне получился особо забористый самогон.