Не знаю, всякое может случиться.

Я посмотрел на чемодан — все нормально, он не открылся, и одежда не разлетелась. Хороший чемодан, дорогой, и застежки оказались надежными.

Переулок, из которого парень вышел, был всего в нескольких ярдах. Не лучшее место для допроса, но не тащить же мне этого парня на себе.

Схватив нападавшего за воротник пальто, я поволок его туда. Парень оказался удивительно тяжелым, но он все еще был без сознания, так что не сопротивлялся. Затащив его в тень, я прислонил парня к стене.

Потом вернулся, подобрал чемодан и нож. Стилет, итальянский, классический. У меня такой же в кармане лежит, хотя я бы наваху предпочел, честно говоря. Защелкнул лезвие и убрал в карман.

Вернулся к парню, поставил чемодан на землю, присел. Обшарил, вытащил из кармана револьвер, отложил в сторону. Надавил своему неудавшемуся убийце коленом на живот и зарядил мощную оплеуху, такую, что ладонь оглушительно хлопнула по щеке.

Парень открыл глаза, застонал, попытался подняться. Из носа у него текла кровь, а глаза были мутными, но постепенно взгляд прояснился.

— Кто тебя послал? — тихо спросил я.

— Пошел к черту, — прохрипел он и плюнул мне в лицо собственной кровью.

Я спокойно вытерся воротником пальто — все равно его теперь только выбрасывать, после чего ударил парня кулаком в солнечное сплетение. Не очень сильно, но точно.

Он согнулся, хватая ртом воздух, и несколько секунд лежал так, будто выброшенная на берег рыба. Потом продышался.

— Я спрошу всего один раз, — сказал я. — Кто тебя послал?

— Никто, — прохрипел он. — Я сам пришел.

А это совсем уже интересно. Это как я успел насолить в общем-то незнакомому парню, да еще и так, что он явился с ножом, чтобы меня зарезать? Даже представить особо не могу. Таких то ли слишком много, то ли никого нет.

— Сам? — спросил я. — И зачем тебе меня убивать?

Он поднял голову, посмотрел на меня с ненавистью и выплюнул мне в лицо:

— Ты убил Джакомо.

Да. Вот еще один момент, где я просчитался. Подумал, что раз я убрал его с разрешения Маранцано, то проблем не будет. Только вот его люди так не считали, и вот один из них решил до меня добраться.

Интересно, он «сделанный» или просто левый парень? Хотя в этой ситуации это практически ничего не меняет. Он ведь пытался меня убить, и зарезал бы, как свинью, если бы я оказался чуть менее расторопен.

— Джакомо Валли? — уточнил я.

— Да, — он сплюнул, но уже в сторону. — Он был моим крестным. Я знал его с детства, еще со старой Родины.

— Ты сицилиец? — уточнил я.

— Кастелламмарезе, — с гордостью в голосе заявил он.