Закончил часам к двенадцати, решил, что пора пообедать, но выпечки, которой в клубе было завались, не хотелось. Как не хотелось и кофе. Так что я поднялся, вышел на улицу. Потом надо будет заехать еще в пару мест.

Я вышел на улицу. Маленькая Италия жила своей жизнью, хотя возле клуба стояла пара парней, которые обсуждали утреннее убийство. Не из наших, и даже не связаны с Организацией, просто местные. А Гальярди тут знали.

Я двинулся через дорогу, убедившись, что меня никто не собьет. Вытащил из кармана ключи от машины, а потом заметил черный Форд, который был припаркован дальше по улице. Едва я вышел, как сидевший в нем парень поднял газету.

Подойдя к машине, я наклонился, вставил ключ, сделал вид, будто замок заклинил, и посмотрел внимательнее в ту сторону. Форд Модель Т, на самом деле темно-зеленый, не черный. Номер Нью-Йоркский. Кто именно там сидел — непонятно, но только вот жест его с газетой был подозрительный. И больше никого в машине вроде как нет.

Может быть, просто ждет кого-то. Мало ли людей паркуется на улице и читает газету, верно?

Только вот у меня чутье еще с прошлой жизни, когда я вел бизнес в России. Наблюдательность — вопрос выживания. А с этой войной паранойя еще сильнее обострилась.

Я выматерился, сделал вид, что машина не открывается. Сунул ключ в карман, а потом вышел на тротуар, и двинулся в сторону Форда. Будто иду на стоянку такси, благо она была недалеко.

Человек за рулем опустил газету и посмотрел прямо на меня, наши глаза встретились. Он был совсем молодым, лет двадцати пяти, с тонкими усиками и узким лицом. Я его не знал, но это явно итальянец, у нас характерная внешность. Он дернулся и попытался завести машину.

И она не завелась. Вон он факт — если хочешь за кем-то следить, то бери нормальную тачку, а не «Железную Лиззи», в которой даже бензин самотеком идет, из-за чего она глохнет на подъемах.

Он попытался завести машину еще раз, я сорвался с места, обежал тачку и рванул на себя дверь с водительской стороны. И тут же ткнул пистолетом, который достал из кобуры, ему в лицо. Прикрывая его при этом полой пальто, чтобы не так видно было со стороны.

Парень за рулем выпучил глаза, одной рукой вцепился в руль, второй потянулся куда-то под сиденье.

— Не надо, — спокойно сказал я ему. Тут и так было понятно, что пока он пушку достанет, я весь магазин в него высажу. — Руки подними.

Он замер, а потом все-таки послушался и поднял руки. Я заметил в его глазах настоящий животный страх, он все-таки знал, кто я такой.

Я наклонился, заглянул в салон, убедившись, что там никого нет. А потом кивнул на пассажирское сиденье.