— Может быть, я чего-то не знаю? Может быть, босс снял свой запрет и приказал ему следить за мной?

— Я ничего об этом не слышал, — покачал головой Морелло. Уклончиво ответил, не прямое отрицание. Чтобы не обвинили во лжи.

— Я требую сходку, — сказал я. — Всех капо. Я хочу поставить вопрос о Паппалардо, о том, что он превышает свои полномочия. В противном случае я буду вынужден решить этот вопрос сам, по-своему. А этого никто из нас не хочет. Думаю, что война внутри Семьи никому не нужна.

Морелло помолчал немного, потом откинулся на спинку стула и сказал:

— Чарли, ты понимаешь, что сейчас не лучшее время для сходки?

— Понимаю, — спокойно кивнул я. — Но я в своем праве.

— Война идет, люди гибнут, — продолжил Морелло. — Капо заняты своими делами, у всех проблемы. Собрать всех вместе сейчас — это лишний риск. Если Маранцано узнает, что мы все собрались в одном месте…

— Как он узнает? — спросил я и сразу же продолжил. — Если среди нас нет стукача, он не узнает. Ведь так?

Морелло задумался немного. Он подозревал меня, но прямо обвинить, естественно, не мог. Кивнул:

— Так.

— Дон Морелло, — продолжил я. — Я все прекрасно понимаю. И я не стал бы беспокоить вас из-за пустяка. Только вот это не пустяк, это прямое нарушение приказа босса.

Морелло посмотрел на меня, потом на Гальтиери и обратился к нему:

— Парень, выйди на улицу. Постой там, подыши воздухом. Никуда не уходи.

Гальтиери вскочил с места так быстро, что чуть не опрокинул стул, и пулей вылетел из бара. Морелло проводил его взглядом, подождал, пока закроется дверь, и повернулся ко мне.

— Чарли, давай начистоту. Ты хочешь сходку, чтобы решить вопрос с Паппалардо, так? Хорошо. Но чего конкретно ты хочешь? Чтобы его наказали? Чтобы сняли? Или чтобы тебе дали добро на его убийство?

— Он мне не нравится, но я не хочу его убивать, — я покачал головой. — Это ослабит Семью. Я хочу, чтобы его поставили на место, раз и навсегда. Босс запретил ему следить за мной, Стив заплатил компенсацию. И через неделю снова посылает своих людей. Что это значит, дон Морелло?

— Что он упрямый, как осел, — ответил консильери.

— Это значит, что он считает себя выше решения босса, — сказал я. — А если младший босс считает себя выше решения босса, то это проблема для всей Семьи.

Я замолчал, но мне и так было понятно, что думает Морелло. Он думал, продолжая постукивать пальцем. Дальше логическая цепочка должна сама раскрутиться в его голове: сегодня Паппалардо плюет на запрет в отношении меня, завтра — кого-то другого, а послезавтра начнет принимать решения, на которые не имеет права.