Паппалардо стиснул зубы, но промолчал. Морелло повернулся ко мне:

— Чарли, продолжай.

— Факт есть факт, — пожал я плечами. — Младший босс нарушил прямой запрет босса. Компенсация не помогла, запрет не помог. Стив считает, что он выше решений босса и ведет себя соответственно. В мирное время это было бы плохо, но во время войны это просто непростительно.

Теперь надо надавить на капо, обратиться лично к ним.

— Пока он тратит время на слежку за мной, Маранцано убивает наших людей. Томмазо Гальярди не присутствует здесь сегодня, потому что он мертв. Еще они разгромили бар Фарино. Я молчу про наших убитых союзников — Минео и Ферриньо.

Фарино при упоминании своего бара нахмурился. Хорошо, пусть помнит, кто ему об этом напомнил.

— Поэтому я ставлю вопрос так, — продолжил я. — Стив Паппалардо не годится на должность младшего босса. Он не справляется. Вместо того, чтобы координировать наши действия в войне, он по причине личной ненависти следит за мной. Я требую его снятия.

— Ты много о себе думаешь, Лучано, — Паппалардо поднялся с места. — Не тебе решать, кто годится, а кто нет. Это решил лично дон Массерия, когда поставил меня…

— И он же сейчас переложил это решение на нас, — сказал я. — Так ведь, дон Морелло?

— Так, — кивнул он.

— Ты, выскочка! — заявил Паппалардо, полностью проигнорировав его слова. — Ты предатель! Ты сговорился с Маранцано, ты играешь на две стороны, ты…

Если бы он только знал, насколько прав.

— Еще одно слово, и ты ответишь за это не должностью, Стив, — спокойно ответил я. — Ты ответишь за это головой.

— Хватит! — Морелло ударил ладонью по столу. Звук был негромким, но Паппалардо вздрогнул и замолчал. — Сядьте оба, сейчас же.

Я сел. Паппалардо помедлил, но все-таки тоже опустился на стул. Морелло посмотрел на меня долгим взглядом, после чего проговорил:

— Чарли поставил вопрос о снятии младшего босса. Дон сказал, что мы должны решить это сами. Обвинение серьезное: нарушение прямого запрета босса. Но мы должны дать Стиву ответить.

Паппалардо встал снова, на этот раз медленнее. Похоже, что он немного собрался.

— Я следил за Лучано, потому что считаю его опасным для Семьи, — сказал он. — Я делал это не по личным причинам, а для босса. Мне плевать на запреты, если на кону безопасность дона Массерии. Я поклялся его защищать, и я буду это делать, даже если он мне запретит.

Вот ведь зараза.

Это было сказано очень убежденно. Паппалардо явно верил в то, что говорил, он действительно считал, что защищает босса. Это делало его очень убедительным.

И я даже немного зауважал его.