Рядом, чуть сбоку, расположился мой цифровой двойник. Он сидел на таком же камне, подобрав под себя ноги, и смотрел на водопады так же задумчиво, как и я. Его фигура светилась слабой, едва уловимой зеленоватой аурой — словно он был сделан из полупрозрачного нефрита, за которым горел слабый, холодный огонь. В его взгляде застыло виноватое смирение. Существо, проигравшее важную битву и принявшее поражение с достоинством.

Между нами стоял гобан с недоигранной партией в Го. Черные и белые камни застыли на деревянной доске в незатейливом узоре. Я не помнил, когда мы начали эту партию. Кажется, она длилась здесь вечно.

— Как проходит мое исцеление? — спросил я цифрового двойника, делая очередной ход белым камнем. Мои пальцы коснулись гладкой, отполированной поверхности, и камень лег на перекрестье линий с тихим таинственным стуком. — Долго мне еще тут куковать?

Двойник склонил голову, изучая доску. Его движения были плавными и текучими — лишенными той резкой, хищной эффективности, с которой он когда-то вел мое тело в бой.

— Ты расстарался, создав в моей голове такое чудесное полотно, — продолжил я, не дожидаясь ответа. — Но всякий раз, возвращаясь к реальности, это работает как издевательский контраст. Тут солнце, легкий ветерок, первозданная природа, а там боль, жар и мокрая от пота койка… Это, знаешь ли, выбивает из колеи.

Двойник поднял на меня глаза. В их нефритовой глубине мелькнула капелька досады. Он взял черный камень и, чуть помедлив, поставил его на доску. Ход был точным, выверенным — как и всё, что делала Нейра.

— Предпочитаете другие декорации? — спросил он, слегка поклонившись. Голос его звучал ровно, без тени той насмешливой высокомерности, что я слышал раньше. — Могу здесь устроить Геенну огненную, если хотите. Тогда не будет никаких контрастов.

Я представил себе пылающие скалы, серный запах, корчащиеся в муках тени. Представил, как просыпаюсь в реальности после такого сна. Холодный пот, учащенное сердцебиение, крик, застрявший в горле.

— Пожалуй, не стоит, — ответил я после долгой паузы. — Это было бы… чересчур.

Двойник кивнул, принимая мой ответ как должное.

— Но всё-таки? — я оторвал взгляд от гобана и посмотрел на него в упор. — Сколько прошло времени с тех пор, как я…

— С тех пор, как вы чуть не убили нас?

— Именно.

— Три недели, — сказал двойник спокойно. — Двадцать один день. Пятьсот четыре часа. Если считать в минутах — тридцать тысяч двести сорок.

Я невольно присвистнул и сделал глоток из ненастоящей чашки. Чай был горячим, терпким, с легкой горчинкой — точно таким, какой заваривал Нобуру в нашей пещере. Нейра воспроизвела даже этот вкус. До мельчайших деталей.