Осунувшийся, с впалыми щеками, в потрёпанной одежде — сейчас, он выглядел совсем не грозно. Но, и жертвой, смирившейся со своей участью, его также нельзя было назвать. Что ж, так даже лучше. Видит бог, я не хочу унижений для этого человека. Смерти да, ибо в гордыне своей, не вижу здесь другого выхода. Слишком опасен этот прирождённый лидер, для будущего моей страны, слишком многие судьбы поломал он, следуя своей маниакальной идеи, дорваться до верховной абсолютной власти. Сказано так же: «Не судите и….». Но, это мой грех, пусть будет на моей совести.
Помедлив ещё минуту, я выхватил револьвер и дважды выстрелил в заросшее густыми чёрными волосами, лицо сидящего человека.
Посмотрев, как скатываются вниз по щеке покойного, чёрные капельки крови, коротко сказал, подошедшему сзади Валету:
— Похороните его на берегу, повыше от реки. И, крестик поставьте, обязательно.
— Покойся, с миром, Иосиф Виссарионович.
— А, что на крестике написать?
— Напишите просто: Иосиф Джугашвили (1879–1914).
* * *
Пробуждение было внезапным, как удар грома. Чертыхнувшись, я рукавом рубахи, попытался протереть заспанные глаза.
Вот, ведь! Один и тот же сон, который раз уже снится. Может это мне будущее так приоткрылось? Ну, нах, поёжился я, жесть, какая.
— А, ты разве не этого хотел? — шепнуло подсознание.
— Этого, не этого…Тут, разобраться надо. А, не так вот, просто — пуля в лоб.
— Ну, так сказано: «Нет человека, нет проблемы…».
— Э… Это, не тем сказано, и не там… Ладно, будет день — будет пища, — буркнул я, переворачиваясь на другой бок.
Луна, заглянув в крошечное оконце общей камеры Томского тюремного замка, на секунду осветила нары, на которых праведным и неправедным сном спали, разномастно одетые, заросшие бородами и давно небритой щетиной, измученные люди.
В Российской империи шло лето 1908 года.
Глава 1
День не задался. С утра шёл дождь. После обеда, Николай, хозяин, нужного мне грузовичка, срочно умотал в город. Соответственно, доски для забора, которые приготовил мне местный частник, занимающийся «лесом», так и остались лежать невостребованным грузом. Вроде и ничего, однако, с клиентом, уже была договорённость о сдаче готового материала в конкретный срок, аванс в размере пятидесяти процентов от конечной суммы получен — и уже благополучно потрачен…
Честно говоря, до частника, с его досками — не было и двухсот метров. Четыре двухметровых тесины на плечо, сто штук можно за 25 раз перетащить. Ну, за день, если совсем не напрягаться. Фигня, если тебе не далеко за пятьдесят. Хотя, если совсем откровенно, напрягал не сам процесс переноски, не первый раз… и даже не в третий. Смущала так сказать, «моральная» сторона вопроса. Ибо, таскать доски, придётся по трассе, которая проходит через деревню, по направлению к крупному областному центру. Да, есть ещё объездной путь, но там больше тянулись большегрузы. А, легковой мелкоте, прямо хлебом не корми, но дай протащиться пару километров, через всё село. Ну, да — официально — село (церковь в наличие), но в просторечие местные всё равно деревней кличут.