Отстрелялись военные великолепно, а блондинка — Ребекка Линдсей — имела все шансы стать третьей. Но до финала было далеко — за винтовку не взялись ещё около дюжины спортсменов.

Сью вздохнул и принялся расстёгивать пуговицы на рубашке — её знатно перекосило, и следовало это дело исправить.

— Номер 23 — Виньярд! — раздался голос из динамиков, и под аплодисменты и приветственные вопли подготовишек откуда-то с галёрки, Сью прошествовал к огневому рубежу — небольшому помосту посреди стрельбища.

Чтобы выйти во второй тур, нужно показать результат в одиночной стрельбе, и только попав в десятку лучших, можно рассчитывать на настоящую потеху — перекрёстный огонь, когда скорость реакции становилась порой важнее чем меткость, подготовка и идеальное зрение.

Спортивная винтовка с утробным лязганьем проглотила магазин. Щёлк — и оптика осталась в руке у Виньярда, а трибуны загудели: он собрался стрелять без прицела! Раздался гудок, и с жужжанием из гнёзд вылетели мишени.

— Ху-у-у-у… — выдохнул Сью и вскинул винтовку.

Просто направить ствол в нужную сторону. Просто? Хо-хо. Бам! Винтовка толкнула в плечо, и первая мишень разлетелась на кусочки. Бам, бам! Десять патронов в магазине — десять поражённых целей. Юркие, покрытые люминисцентной краской коробочки мишеней пангейского производства работали на антигравах, и хаотично вились над землёй, периодически сталкиваясь и устраивая причудливые хороводы. И взрывались они красиво — вспухая цветастыми облачками, как фейерверки.

Каждый такой взрыв сопровождался аплодисментами с трибун. Виньярд так и не понял — неужели им не скучно битых три часа сидеть и смотреть, как упражняются в стрельбе десятки спортсменов?

Пустой магазин полетел на помост. Клац! Винтовка снова готова к стрельбе. В голове — первозданная пустота. Тело работает самостоятельно, главное — не мешать. Бам-бам! Минус два! Если вам бросили мячик — откуда вы знаете, в какой точке пространства должна оказаться ваша ладонь, чтобы поймать его? Правильно — ниоткуда. Ваш мозг самостоятельно, без участия сознания совершает миллионы сложнейших математических операций, после — передаёт задачу нервными импульсами, и рука двигается ровно туда, куда нужно. Бам-бам! Минус четыре.

Не сложнее, чем поймать муху на лету.

— Шестнадцать из двадцати! — был объявлен его результат.

Не хуже, чем у Линдсей. Почему не двадцать? Потому, что ему нужно выйти в финал, а не взять золото. Потому, что признанным лидером был этот Номенджанахари, а сбрасывать с постамента идолов — дело хлопотное и неблагодарное, если сам не собираешься становиться каменным изваянием. Да и, по правде говоря, эти пангейские мишени были действительно очень сложной целью! Планку Академия задрала высоко.