Но и на местных парней Сью тоже не был похож! Они тут всё как с обложки благотворительного календаря, что выпускала для любителей горяченького пожарная охрана в её родном городе: атлетичные, здоровенные, готовые сломить любые преграды, драться с любым количеством врагов, уверенные в своей правоте и своих силах. Рыцари в сияющих доспехах — каждый из них, в той или иной степени. Ни капли терпимости к тому, что они считают несправедливым и неправильным, максимум прямолинейного напора при достижении цели. А Сью? Он запросто признавал, что физически слабее того же Хробака, никогда не сможет рисовать так же хорошо как Алиса и стрелять из винтовки как Номенджанахари. «Это нормально!» — говорил он. Виньярд не пытался исправить свою худобу, наведавшись к медикам, или имплантировать себе белоснежные металлокерамические зубы, вполне довольствуясь своим кривоватым оскалом… Это было его фишкой. А ещё фишкой Сью был некий СМЫСЛ, которому подчинялись все его кажущиеся порой хаотичными действия. И это тоже чертовски привлекало. Хотя Алиса и побаивалась порой, что его авансы в её сторону тоже могут иметь причиной не искреннюю симпатию, а вот этот вот тайный подтекст.

Это всё настолько захватывающе и интригующе, что она перевязала голову красной косынкой, переоделась в джинсовый коротенький комбинезон и, сунув ноги в босоножки и вооружившись блоком бумаги и карандашами, пошла на этаж парней — рисовать спину Виньярда.

* * *

«Не такой-то он и худой! Очень даже ничего!» — первым делом подумала она, когда парень стянул через голову безразмерное джерси.

То есть, она видела его тогда, в Круге, но это было издалека и недолго. А на лёгкой атлетике он никогда не носил трико — всё время предпочитал вещи посвободнее, с длинным рукавом. А теперь — эти тугие жгуты мышц, кубики пресса, жилистые крепкие руки… И — татуировки. Вот в чём было дело! Алиса повнимательнее присмотрелась к покрывающим стену над кроватью Виньярда рисункам — они повторяли узоры, арабески, иероглифы и переплетения с его рук, груди, пресса. Ей нужно было скопировать татуировку! Что ж, с этим можно справиться.

Кровать, кстати, была аккуратно заправлена, на рабочем столе парня царил идеальный порядок, и, за исключением топчана, исполняющего роль спального места для Потапа, в комнате в целом очень уютно.

— Ну что, приступим? — спросил Сью. — Или сначала кофе? Я мигом!

А раздевался он тогда зачем? Впрочем, стоило признаться себе: Алиса вовсе не против поглазеть на голый торс парня.

— Давай кофе, я с удовольствием!

— Пошли тогда на кухню, мне одному скучно, — он подхватил турку, какие-то одуряюще пахнущие пакетики, сахарницу, и широким жестом распахнул дверь. — Там в шкафчике — чашки!