Атаковать переправу решили бомбами ФАБ-100, оснащенными взрывателями АВД, выставленными на тридцать минут задержки. Каждая из десяти машин эскадрильи Дивина несла по две «сотки». Половина из них с замедлением, половина настроена — на мгновенный контакт. Бросать надо было с высоты в четыреста метров при планировании в пятнадцать-двадцать градусов. Заходить следовало строго вдоль «нитки» моста. От варианта экспата с тросом-сцепкой отказались из-за невозможности обеспечить синхронный сброс. Не дошла еще здесь промышленности страны Советов до нужного технологического уровня. И замки работали как бог на душу положит. Это тебе не имперские «Когти» с их бортовым компьютером. Так что губу Григорий благополучно закатал.

Сейчас Дивин немного волновался. Вот, вроде, тщательно подготовил и проиграл весь маршрут со своими летчиками, заставил их выучить наизусть все характерные ориентиры, попытались вместе определить возможные места расположения немецких зениток, пути атаки на них и варианты противодействия. Потом заставил еще каждого из пилотов — сначала по отдельности, потом в группе — условно пройти весь полет на земле. И теперь должен был, по логике вещей, быть относительно спокойным. Но нет, тягостно было на душе.

Незадолго до переправы небо и в самом деле затянуло облаками. Сначала небольшими, затем довольно плотными. И то хлеб.

Экспат стал готовиться к штурмовке. Скорее всего фрицы уже засекли их, поскольку спрятать такую большую группу невозможно, поэтому Григорий нарушил молчание и скомандовал: «Снять предохранители. Маневр, ребята, маневр!» И первым, подавая пример, принялся раскачивать машину — то добавлял скорость, то убавлял. Хаотично бросал в небольшой крен. Со стороны, наверное, выглядело все это так, будто самолетом управляет совершенно неопытный летчик. Но, на самом деле, такой полет «ильюшина» должен был затруднить прицеливание вражеским зенитчикам. По крайней мере, Дивин на это очень рассчитывал. Зря что ли надоедал бойцам ПВО своего аэродрома, выспрашивая у них детали наведения орудий на цель.

Первые черные и белые шапки разрывов расцвели, когда группы прикрытия вышли на переправу. Эскадрилья экспата шла за ними с небольшим опозданием. И пока товарищи били по обнаружившим себя гитлеровским зенитками, Григорий повел своих пилотов на переправу. Небольшой доворот…Атака!

«Илы» начали пикировать на мост. И немцы мгновенно перенесли заградительный огонь на них. Сказать, что перед советскими летчиками встала огненная стена, значит не сказать ничего. Казалось, что все небо в одно мгновение заполнилось взрывами и разноцветными трассами. К тому же, сработали дымовые бомбы и подступы к мосту начало затягивать мутной серой пеленой. А внутри ее сверкали рукотворные солнца сброшенных на голову врага зажигательных бомб.