Но для начала узнаю, есть ли здесь Тятов вообще, и построил ли он портал. А то окажется, что ничего подобного тут не произошло, ну не пошёл в тот день Максим на склад, и никакого кубика в подвале нет. Тогда уж точно придётся идти за блокиратором через стандартную процедуру.

Начало началом, но сперва нужно хотя бы минимально привести себя в порядок. Без пары вёдер воды я не дойду даже до выхода из собственной, на текущий момент, квартиры. Повторив заново все процедуры, я оделся, а затем занялся поиском одной штучки — универсальным измерителем времени. А точнее, любых часов. Если не успею за отведённый срок доковылять до предполагаемого убежища инженера-самоучки, то хотя бы узнаю, как здесь обстоят дела с ограничениями системы. То бишь, во сколько именно ждать падения метеорита на голову, внезапного провала в земле, обрушения дома и тому подобных безобразий.

Часы нашлись: старый советский будильник, пожелтевший от времени, но после завода радостно затикавший.

— Лена, который час? — спросил я «жену», когда полностью одетый и «экипированный» зашёл на кухню.

Женщина, показалось, онемела от неожиданности. Лена несколько секунд приходила в себя, затем без вопросов достала из кармана халата смартфон и ответила:

— Шесть двадцать пять.

— О, спасибо, солнышко! — я подвёл часы, чмокнул в щёчку «жену» и вышел с кухни. Сзади послышался звон упавшего половника. И чего она так сегодня?Ты же к ней в этот раз сам вышел, почти бодрый и в сознании, к тому же ещё и одетый. Ну да, ну да, и никаких разговоров про несуществующую грозу и психушку.

Помня наказ про ребёнка, в другую комнату заходить не стал, а надев обувь, выскочил в коридор. Лёгкое офигевание Лены может резко смениться неконтролируемой яростью: с этим лучше не шутить, у меня и так проблем выше крыши.

Утренний дворик встречал несчастного путешественника между миров ярким солнышком. Хоть какая-то радость, а то окна в этой квартире выходили на север: никакого тебе привычного приветствия сквозь неплотно прикрытые шторы. Только полумрак, усиленный немытыми стёклами.

Я посмотрел время на часах, прихваченных с собой. Большая стрелка достигла отметки в тридцать и пошла отсчитывать оставшиеся до семи ноль-ноль полчаса. Долго, очень долго собираюсь. Но тут ничего не попишешь: стартовые условия резко хуже. У себя я иногда укладывался от подъёма до вылета из дома на всех парах в несколько минут. Мне снова стало не по себе от мысли, что в случае неудачи, придётся каждый раз просыпаться в полуубитом состоянии.А некоторые так всю жизнь живут. И при этом даже не пьют!