— Но ведь отдает же комп эту самую команду менеджеру, когда броненосцу вздумается куда-нибудь отправиться?
— Отдает, конечно, — пожала плечами Инси. — Наверняка отдает, ведь двигатели запускаются и работают, когда броненосец идет по морю… И думать нечего.
— Почему же тогда такой команды нет в списке? — Халькдафф прекратил бегать и раздраженно всплеснул руками. — Правильно, это хидден-команда, и нам до нее вовек не добраться, пока мы не научим этого кристаллического балбеса принимать наши команды… Точно заколдованный круг!
Вольво косо взглянул на эльфа, но ничего не сказал.
— Я предлагаю прерваться. — Пард встал из-за терминала. — И пообедать. А то голова уже пухнет, а в брюхе урчит. Это не к добру — на голодный желудок и думается хреново.
— Ладно, — легко согласился Вольво. — Я тоже чего-нибудь с удовольствием съем… Никто не в курсе, что Иланд сегодня затевал?
— Жаркое из «Карне толайя» и грибную солянку, — подсказал всезнающий Халькдафф. — Жаркое — объедение, смею заверить. Да и солянка… М-м-м…
Халькдафф мечтательно зажмурился и тут же налетел на переборку; переборка жалобно вякнула. Халькдафф вполголоса выругался по-эльфийски.
По одному техники выходили из рубки. Как делали это уже второй месяц — каждый день. Почти все мелкие машины на борту «Стремительного» были успешно приручены. А вот большие — упирались. А значит, живые не могли назвать себя хозяевами железного чудища, черноморского броненосца. Он оставался диким и норовистым, и чихать он хотел из всех сопел на проблемы и чаяния живых, что поселились на нем, словно блохи на собаке, и докучали каждый день, и докучали…
Мысль пришла и выкристаллизовалась, когда солянка уже была съедена, и команда отдавала должное жаркому. Халькдафф ничуть не преувеличивал, нахваливая кулинарные таланты Иланда.
Пард на мгновение перестал жевать, ошеломившись простоте сформировавшейся мысли. Потом решил как следует все обдумать, прежде чем говорить остальным. Вдруг найдется столь же простой контрдовод…
Он ломал голову минут пятнадцать, перестав ощущать вкус пищи. Жевал как зомби, полностью отключившись от действительности. Тарелка Парда опустела, а он продолжал упрямо скрести по ней вилкой.
— Эй, Пард! — Инси потрясла его за плечо. — Что с тобой?
— А? — очнулся Пард и огляделся. — О, я задумался, извини… Кажется, я нащупал то, что вы бы назвали новым подходом.
Вольво и Халькдафф моментально перестали спорить на кулинарные темы. Да и остальные живые притихли, обратив взгляды к Парду.
— Ну? — Инси не терпелось узнать, что же такое придумал Пард. — Говори же, не тяни!