Халькдафф погрузился в размышления. Он машинально сунул в рот пустую, уже выколоченную трубку, попробовал затянуться, удивленно и несколько отрешенно воззрился на нее и наконец ответил:
— Я должен подумать, девочка моя. Это слишком изменит мои первоначальные планы. Надо все взвесить и обмозговать.
— Думай, — согласилась Инси и встала. — Кстати: не называй меня девочкой, пожалуйста. Я это могу позволить лишь одному живому в этой компании.
Все невольно взглянули на вирга Вольво, но тот совершенно неожиданно задал вопрос:
— Кому же это, интересно?
— Ему, — ответила Инси и указала на Парда. — И только ему.
И направилась к выходу.
Халькдафф поднялся со своего ложа.
— Я покажу, где лучше разместиться. Пойдем, Вольво. Кстати, что ты думаешь о перехвате потоков на менеджер двигателей? Я пытался разложить их неделю, не меньше, такая каша получается, прости-жизнь!
— А сколько здесь двигателей? — на ходу уточнил Вольво. — И какой менеджер стоит?
Пард слушал их вполуха. И не понимал смысла. Но не потому, что был плохим техником: просто в ушах у него все еще звучали слова Инси: «Ему. И только ему».
28. Чонг-Карлыктаг — …
Наутро Халькдафф постучался к Инси и Вольво и ответил: «Согласен». Только «Согласен», и ни слова больше.
… — Улугмузтаг
Кают-компания на броненосце — к слову сказать, это оказался «Стремительный» — была куда просторнее, чем на «Гелиодоре». Целый зал: столики, маленькие вертящиеся стулья, стойка, наподобие тех, какие бывают в тавернах, вдоль двух стен — кадки с искусственными растениями и удобные диванчики. Пард еще подумал: а зачем все эти помещения на диких броненосцах, да еще так обставленные? Они что же, тоже предназначены для живых? Как и грузовики? Ну и ну…
Команда Вольво — Инси разместилась по соседству, в уютных двухместных каютах. Кают было много, больше двух десятков, хоть по-одиночке живи. Но Пард и Гонза, конечно же, облюбовали одну на двоих — и перемолвиться можно без посторонних ушей, и вспомнить былое за бутылочкой. Да-да, за бутылочкой, потому что их страхи насчет еды-питья на борту броненосца оказались совершенно напрасными: тут даже винная коллекция нашлась, и весьма богатая. По крайней мере любимая приятелями «Южная роза» наличествовала.
В кают-компанию ходили вместе. Только Халькдафф и Вольво иногда задерживались в рубке, да еще Бюскермолен с ними время от времени оставался. Впрочем, гном к обедам-ужинам разве что ненамного опаздывал, а те двое могли и вовсе не прийти.
Пард и Гонза первую неделю занимались тем, что запускали мелкие незначительные машины — вроде кондиционеров в каютах или котлов на камбузе. Они выучили изрядно новых формул и заодно уяснили, что запуск таких машин по сути является примитивным приручением. Вольво сказал, что постепенно их станут привлекать и к задачам посложнее.