Тем временем нападавшие поняли, что стреляли по пустому вагону, и над бывшим боком, а ныне — крышей высунулось несколько голов. Пард видел их плохо; можно сказать, что совсем не видел, но Гонза шепнул ему на ходу, всего раз оглянувшись:
— Это вирги, друже…
— Хорошо, хоть не эльфы, — буркнул Пард в ответ.
И тут стрельба возобновилась. Неведомые вирги стали стрелять по убегающим, те залегли и дали дружный ответный залп. У вагона кто-то сдавленно вскрикнул. В команде Вольво пострадавших пока не было.
— Все, — протянул Бюскермолен с сожалением. — Плакали наши припасы!
— Хозяйственник, тля! — прошипел кто-то, кажется, половинчик Трыня. — Тут бы живот унести, а он — припасы!
— Заткнитесь! — холодно и жестко велел Вольво, вглядываясь в темень у вагонов. То есть это с точки зрения Парда у вагонов царила темень. Вольво же, как и всякий вирг, видел все происходящее там не хуже, чем днем.
— Разбиваемся на две группы. Одна прикрывает, вторая отходит. Прикрывают: Бюс, Роел, Зеппелин, Михай, Саграда, Трыня, Банник, Лазука и Ас. Остальные — отползай…
Пард с Гонзой послушно поползли прочь, к забору. От вагона начали было стрелять, но оставшиеся быстро заткнули им стволы встречным огнем.
— Мина, Беленький! Проход! — скомандовал Вольво, когда бетонная незыблемая преграда перекрыла путь к отступлению.
Саперы-хольфинги споро убрались чуть в сторону, повозились в темноте, чиркнули спичкой и хором велели:
— Берегись!
Пард вжался лицом в землю. Грохнуло; колючая крошка шрапнелью прошлась по спинам, но хоть бы кто ойкнул. Гонзе разорвало куртку и он сквозь зубы шипел. То ли от боли, то ли от досады.
Теперь отползала вторая группа, а залегшие у самого прохода в заборе для острастки постреливали по вагону. Пард тоже пальнул пару раз; пистолет в его руках оживился, явно радуясь возможности пострелять, но Пард решил не палить попусту, и пистолет вскоре опять погрузился в обычную дрему.
В потемках угадывалось слабое шевеление, но подозрительно вялое. Головная часть поезда продолжала весело гореть, плюясь снопами желтых искр, ужасно похожих на праздничный фейерверк. Бюскермолен с недоверием глядел туда.
— Что-то они затевают, шеф, — негромко сказал он.
— Догадываюсь, — не слишком приветливо процедил Вольво. — М-да. Достойное начало…
Пард взглянул на часы. Было полвторого ночи. Значит, поезд успел пройти Шевченко и оставить в стороне Черкассы.
Несмотря на действительно плачевное начало похода, удача все же не совсем оставила охотников: никто не был убит и даже не был ранен, только Тип-Топыча малость посекло стеклами еще в купе.