— Написано «Полночный гурт», шеф. Я еще во дворе гляну…
Зеппелин выпрыгнул прямо в разбитое окно.
Некоторое время в комнате было тихо, только шуршали занавеси на ветру.
— Что дальше, шеф? — спросил наконец Гонза. — Время не терпит.
— Время потерпит, — жестко сказал Вольво. — Пока не отыщем и не отобьем Инси, забудьте об острове Крым.
Пард опасливо покосился на эльфов, но Вольво, похоже, не имел от них секретов. Бюскермолен угрюмо глядел в пол.
— Девчонка вам важнее нашей цели? — с максимальной вежливостью спросил Гонза. — Вы твердо уверены, шеф?
— Я уверен, Гонза. Как никогда уверен. И вам советую увериться, иначе… иначе вся наша затея гроша ломаного не стоит.
Гонза задумчиво пошевелил ушами и снял кепочку.
— Что ж, — протянул он задумчиво. — Я соглашаюсь с вами, хотя… Хотя мне кажется, что из-за каждого пленного не стоит рисковать всем.
— Все. — Вольво рубанул ладонью по подлокотнику. — Проехали. Больше ни слова.
Он закрыл глаза и откинулся на спинку, размышляя. Пард остался наедине со своей гудящей головой.
Вскоре вернулся Зеппелин.
— Так и есть, шеф, — сказал он. — «Полночный гурт», довольно крупная местная шайка. Надо пошарить в округе, поспрошать кое-кого…
— Действуй, — приказал Вольво. — И быстро.
— Шеф. — Зеппелин развел руками. — Мне понадобится ваше присутствие. Для вящей убедительности.
Вольво мгновенно встал. Иланд и Вахмистр, невозмутимые и безмолвные тени вирга-главаря, поднялись тоже.
— Бюс, я оставляю эту ораву на тебя. Постарайтесь больше никого не потерять…
— Справимся, шеф, — пробасил гном. — Справимся в лучшем виде.
Через минуту в комнате остались только Пард с Гонзой да неподвижный покойник на сквозняке. Гоблин, вновь водрузивший кепочку на макушку, брезгливо взял убитого за ноги и вышвырнул за окно. Потом задернул шторы, чтоб не так дуло.
— Пошли-ка отсюда, друже. Полагаю, тебе не вредно будет прилечь.
Пард встал на ноги; тело хоть и неохотно, но все же повиновалось. В голове по-прежнему шумело.
Он вошел в ванную и взглянул в зеркало. Картина была неприглядная: физиономия синяя и распухшая, как у покойника. Бр-р-р…
Пард осторожно умылся прохладной водой, намочил полотенце и приложил ко лбу. Полегчало вроде бы, но не очень.
В соседней комнате Пард улегся на кровать, а Гонза принялся вышагивать туда-сюда, меряя расстояние между посудным шкафом и кроватью.
— Поразительное невезение, — пожаловался гоблин. — Ты не находишь?
— Он не может ее бросить, — объяснил Пард. — Отец Инси был другом Вольво… Я его понимаю. Черт возьми, иногда это бывает важнее любых тайн и богатств.