Именно в таком порядке, словно то, что я на несколько суток исчез на границе своего надела, было само собой разумеющимся событием. На секунду я даже засомневался — а Эрен ли написала это? Но почерк был ее, а пожелай моя жена передать мне знак, то выкинула бы какой-нибудь фортель. Например, допустила грубую орфографическую ошибку, что было бы для нее совершенно нетипично. И что малограмотные Ларс и Арчибальд просто не заметили бы.

Впрочем, разгадка этой тайны вскрылась уже на следующий день, когда я увидел Эрен в седле на границе чумного лагеря.

Сначала мне и вовсе показалось, что меня все же догнала инфекция и все это — просто бредовая галлюцинация, вызванная жаром, но моя жена, сидящая полубоком, по-женски, в седле смирной серенькой кобылы никуда не девалась, сколько бы я не тер глаза. И только когда Грегор заметил, что мне стоило бы подойти к баронессе, ведь она ждет уже минут пять, я окончательно признал реальность происходящего.

Отчего мне стало совсем невесело.

— Ты совсем сума сошла! — прошипел я так, чтобы нас не расслышали бойцы, но получилось все равно слишком громко. Между нами были уже привычные по общению с Арчи и Ларсом двадцать метров.

— Весь город на ушах стоит! — выпалила Эрен, изо всех сил стараясь сдерживаться и оставаться на месте. — Что я должна была делать?

— Сидеть в Херцкальте! — заявил я.

— Мор начался раньше срока? — спросила моя жена. — Это брюшная хворь?

— Арчибальд должен был тебе все передать.

— Он и передал, но таковой болезни я никогда не встречала, а господин Фарнир говорит, что эпидемии черного мора случаются на восточном континенте, но на юге. Но точно не у нас, в Халдоне, — ответила моя жена. — Виктор!

Я мог понять ее тревоги. Мог понять и поведение, что привело Эрен сюда, на границу надела. Но как же не вовремя! Ведь если следовать моим же правилам, она должна оставаться в карантине еще неделю, прежде чем сможет вернуться в город.

— Ты с кем-нибудь контактировала? — спросил я. — Да неважно, ты приехала на зараженные территории…

— Виктор! — опять воскликнула моя жена. — Ты ведешь себя безответственно! Очнись!

— В чем я безответственен по-твоему⁈ — не выдержал я, срываясь на крик.

Паника. Глухая, давящая паника, которая постепенно копилась в моей груди. Чувство беспомощности, которое, казалось, я оставил в другом мире. Вот что вызывала у меня чума. Я был против нее совершенно бессилен и это пугало, парализовало волю, делало из меня параноика.

— Арчибальд сообщил, что те, кто заболели в соседнем селе, слегли уже на второй или третий день! — продолжила Эрен, сверкая на меня своим взглядом. О да, моя жена была определенно зла. — А ты уже сидишь тут почти неделю, когда надел нуждается в своем лорде! Скажи, у тебя есть жар? Бросает в пот?