Огилви беспрестанно писал Петру, то жалуясь на бедственное положение, то ругая плохо подчинявшихся ему драгун: «...конницу ни к малому действия не могу употреблять, ибо она так утомлена и ослабела... драгуны обвыкли токмо в деревнях сидеть, доброй стражи не иметь, с мужиков водку, ветчину, куры, гуси ограбливать...»{101} , то, скорее, все-таки вынужденно, отмечая заслуги драгун в снабжении войска: «...понеже через кавалерию из Тикотина 2641 мешок муки счастливо привезли»{102} , то чуть позже опять жалуясь, «как мало те 6 драгунских полков могут употребляться к службе; они не отличились ни одним делом; только грабят и разоряют»{103} .

Петр отправил Огилви решительную инструкцию — вывести войска из Гродно с подробными указаниями порядка и способа выступления. По его распоряжению, отступление армии должно было начаться сразу после вскрытия рек, а направление отступающей армии было назначено Петром на Брест или Пинск. Инструкцией определялись и действия кавалерии — «по выступлению конницу оставить позади, чтоб была в траншаменте и у моста до самого утра, или и долее, смотря по делу, чтобы неприятель не мог помешать выходу». Вместе с тем Петр сосредоточивал в Минске силы для оказания помощи осажденным — около 12000 человек; гетману Мазепе было приказано идти туда же.

Карл ХII хоть и удалился от Гродно на семьдесят верст, расположив свою ставку в местечке Желудок, но его отряды зорко следили за всеми подходами к Гродно. Шведский король также стягивал дополнительные силы. 19 февраля 1706 года в Гродно прибыл разведчик из Новогрудок, посланный от полка Боура, который сообщил, что шведские войска расположены в Белицах, Каменке и Орле, где шведы строят мост через Неман; в Вильно выслано 900 кавалеристов; в Новогрудке ожидают поляков Сапеги, которого планируют отправить к Минску. Шведы усиленно обирают местное население, особенно фураж, который изымается подчистую. При этом доставка в шведский обоз вина была запрещена, так как в одну ночь умерло от отравления сразу 200 шведских солдат — это была месть польских крестьян-курпов{104} .

Наступала весна, и вскрылись реки. Мост, выстроенный шведами близ Орла, был снесен, гродненский мост — единственный путь отступления русской армии — уцелел. С началом весеннего ледохода, в Пасху 24 марта, русским удалось выскользнуть из окружения, обманув шведов оставленными в окопах драгунами{105} , которые сначала жгли огромное количество костров, изображавших все войско, а затем легко оторвались от преследования. Когда шведы обнаружили, что противник исчез, поздно было. Карл бросился в погоню, но был остановлен весенней распутицей. Таким образом, русские спокойно отошли к Бресту{106} .